Для побежденных спасенье одно — о спасенье не думать!
О, на что только ты не толкаешь
Алчные души людей, проклятая золота жажда!
Для побежденных спасенье одно — о спасенье не думать!
В Китае, говорили мне, существовал неписанный закон, по которому человек, спасший другого человека, отвечал за его жизнь до самого ее конца. Ибо, вмешавшись в решение судьбы, спаситель уже не мог уйти от легшей на него ответственности за это.
— Ты сын Чёрного Рыцаря Спарды. Теперь сможешь остановить Спасителя только ты, Данте.
— Отрастил авторитет — так подтверждай.
— Похоже на то.
— Данте, моя последняя просьба. Спаси их, Кирие и Неро...
— Обещаю... Как можно отказать в последнее просьбе.
Если дать науке волю — она пересоздаст человека. Если это ей не удастся... тогда нам конец.
— Бессердечная ты скотина, Браун. Мы всего-то и можем, что помолиться за капитана, за командира, за остальных...
— А кто за нас помолится, Квири? Молитвами их не вернешь, а мы еще можем спастись.
— Вы знали, что Дженнифер продает ваши работы китайцам?
— Узнал, когда меня арестовали.
— Почему вы ее прикрывали? Это глупо.
— Любовь никогда не была разумной. Я хотел защитить ее.
— И ради этого пожертвовали семьей? Вся страна считала вас предателем.
— Об этом я как-то не думал. Меня волновало только, сумею ли я спасти ее.