И снова глухо на трамвайной остановке,
И пальцы ловки,
И всё шире улыбки в местной ментовке.
И снова глухо на трамвайной остановке,
И пальцы ловки,
И всё шире улыбки в местной ментовке.
С немым недоверием пялятся рыбы на сферу поверхности над головой,
И лишь одна, вынырнув, кричит и кружится: «Смотрите, синяя птица, синяя птица!».
Прескучно живут честные люди! Воры же во все времена устраиваются великолепно, и все любят воров, потому что возле них всегда сытно и весело.
Пересекая магистрали страны,
Запоминая номера дорог,
Мы, считая столбы,
Не заметили, как пришёл срок,
Что я сказал своё первое слово,
Что я спел свою первую песню,
Что нет конца Силе,
И нет дороги домой.
Милейший человек имел тёплое местечко, распределяя подряды городской Думы на дорожные работы. Кто-то назвал бы такие доходы воровством, но воспитанные люди не будут столь категоричны. Они скажут — «умение жить», и только. И, наверное, будут правы. Кормиться чиновнику за счёт государства — не грех. А грех — забывать при этом начальство.
— Вкусно, но не стоило воровать.
— Понятно, совесть просыпается с наполненностью желудка.
И кто-то говорит мне, что я — дьявол!
Кто-то говорит, что я пророк!
Но я не собираюсь спорить с вами,
Я просто играю рок!
— Помощь нужна. У нас завелась крыса. Я утром положил в холодильник четыре банки чёрной икры, а теперь там только две. Ты взять, конечно, не мог, ты же только пришёл. Помоги найти вора, а?
— А у меня времени нет.
— Ну ты же поваров лучше знаешь. Кто из них мог?
— Ты башкой своей думаешь вообще? Здесь супер-профессионалы, я их собирал по всей Москве! Любой мог.
Я, как и ты, думал, что за нами прилетят,
ошейник снимут, за ухом почешут и все простят.