Мы не можем танцевать вечно. И что делать? Выживать на минималку? Нет, это нечестная игра. И здесь не принято играть по правилам. Ты либо сдаёшься, либо выходишь на ринг.
Ничто так не придаёт вес, как денежная масса.
Мы не можем танцевать вечно. И что делать? Выживать на минималку? Нет, это нечестная игра. И здесь не принято играть по правилам. Ты либо сдаёшься, либо выходишь на ринг.
— А всё север, суровая кузница характеров.
— Простите за любопытство, вы туда и отправились с намерением перековаться?
— Да нет, честно говоря. Подальше от стариков — надоели. Ну а потом — засосало... То есть, я хотел сказать — увлекло. Думаете, за «длинным рублём»?
— С юридической точки зрения, длина рубля измерению не подлежит, был бы честно заработан...
Обещаю, что буду вести себя скромно,
Как самый обычный сотрудник Газпрома:
Не просто тупо деньгами швыряться,
А осторожно, чтоб не выделяться;
Куплю часы швейцарские, золотые,
Ну, чтоб не выделяться, чтоб как все остальные,
На них бриллиантов штук 10-15,
Иначе сразу начну выделяться.
— Если человек готов поставить на что-то деньги, значит, они у него лишние.
— А вдруг кто-то поставит свои последние деньги?
— Значит, он идиот! Идиотов мне не жалко.
Дом, не оплаченный хотя бы частично, всего лишь помещение, арендованное на заемные средства.
Люди, неспособные наполнить свою жизнь здоровой любовью к деньгам, обычно страдают патологической тягой к таким вещам, как правда, честность и справедливость.
Но, увы, деньги имеют свойство липнуть друг к другу, собираясь в крупные состояния, и в конце концов образуются огромные скопления, которые обычно называют богатством. И в этом виноваты не только люди. Спросите любую однодолларовую банкноту, и та скажет вам, что предпочитает находиться в обществе не таких же купюр, как она сама, а стодолларовых. Лучше быть десятью долларами на счете миллиардера, чем рваной и грязной бумажкой достоинством в один доллар в дырявом кармане бедняка.