Андрей Дороничев

Мой совет — понимать свои ценности. Если знаешь ответы на вопросы «Кто ты?» и «Куда идешь?», то в пиковые моменты, когда приходят деньги, слава, или, наоборот, в моменты жутких потрясений у тебя есть фреймворк для принятия решений. В какой-то момент встал вопрос: «Я — чувак с тремя машинами или чувак, который делает хорошие продукты?» Ну и избавился от машин.

Другие цитаты по теме

В жизни ценно только одно -

Как сильно ты любишь. Как же это было давно.

Я не наяву — это сон.

Обычные люди, и это — немое кино.

Расскажи мне, как дальше будет?

Что же нас ждёт впереди? В этой груди

Есть то, что так хотят люди -

Немного тепла и любви.

Есть вещи в мире, которые за деньги не купишь, но и без денег до них не доберешься.

Я и сам догадываюсь, что даже в университете у меня не будет каких-то судьбоносных встреч, и что я не найду там ничего похожего на цель своей жизни. С рождения и до сегодняшнего дня я ни к чему особо не стремился, наверное, я просто не тот человек, который мог бы идти за мечтой. Но даже если бы я и нашёл что-то подобное, то наверняка где-то бы потерпел неудачу, где-то бы сам отказался, оправдываясь, что не так уж и хотел. Результат я и так вижу. Но это, на самом деле, не повод для пессимизма, потому что таких людей, думаю, большинство.

Я, во-первых, думаю, что величайшая, на мой взгляд, извините, глупость придумывать вообще какие-то особые ценности. Ну, надо сказать, это придумали в Европе. Вот эти европейские ценности, я вообще не понимаю, что такое... Как могут быть европейские ценности, как могут быть там китайские ценности, индийские ценности? Ценности человеческие едины. Они едины, потому что мы биологические существа, все, вместе. К сожалению, это вот европейское изобретение, кстати, последних, наверное, пятнадцати — двадцати лет. Общечеловеческие ценности-то есть, это очевидно. У меня и у Якуба, [оппонент в дискуссии — Якуб Корейба] наверняка есть общие ценности: да, мы любим своих детей; мы любим, наверное, женщин. Дело всё в том, что они общие — ценности... и у нас, и у китайцев, и у европейцев. Но европейцы выстраивают некие свои, какие-то особые ценности, которым ты должен соответствовать. Что это такое — непонятно, я не понимаю.

Счастье — не цель жизни, а её средство.

Знаете, Андрей, чем больше я погружаюсь в реали современной Земли, тем меньше мне хочется захватывать эту прогнившую планету. Где огонь? Где ярость? Где та жемчужина, которую первые дети Спящего назвали раем? Где та Земля, из-за которой мы вели с асурами войну на взаимное уничтожение? Где мы? Где враги? Почему я могу купить едва ли не всех? Где принципы? Героев сменили бухгалтеры, а мне противно и скучно быть императором бухгалтеров, но я могу попробовать. Сколько ты хочешь за операцию? Такой язык тебе понятен?

И эти жалкие существа полагали, что всё сущее должно иметь какую-то цель и что одни цели выше, чем другие.

Эти существа почти всю жизнь тратили на то, чтобы понять, какова цель их жизни. И каждый раз, как они находили то, что им казалось целью жизни, эта цель оказывалась такой ничтожной и низменной, что существа не знали, куда деваться от стыда и отвращения.

Они обращались напрямую к военнослужащим и американскому народу. К военнослужащим, чтобы дать понять, что в их войсках не будут мириться с подобным расизмом и нетерпимостью, а к американскому народу – чтобы напомнить им о ценностях, которые мы исповедуем в вооруженных силах США, и которые, как я считаю, отражают ценности Соединенных Штатов.

Цените тех, кто рядом с вами,

Кто принял вас таким, как есть,

И вы поймёте, что с годами,

Вы миром будете владеть.

— Я думал, что ты мягкий и доброжелательный. Ошибся. Я не прощу тебе этого отказа.

— Даже если и мягкий, но не овца. Мне можно перерезать горло, но шкуру с меня не снять.