Борис Юльевич Кагарлицкий

Другие цитаты по теме

Как ни странно, конституционные преобразования в послании президента были второстепенными, хотя, возможно, они и выглядят наиболее значимыми в долгосрочной перспективе. Но основной смысл послания, на мой взгляд, состоит в том, что власть изрядно напугана ростом недовольства. Более того, власть наконец-то осознала масштабы социального кризиса, который при этом почему-то интерпретируется как демографический. ... нам предлагают ряд точечных мер, которые, сами по себе, может, и неплохи, но которые абсолютно не имеют стратегической комплексности и, скорее всего, не могут радикально изменить ситуацию. Они, действительно, могут быть полезны для отдельных людей, но они превращаются в серию неэффективных социальных подачек отдельным людям и группам населения, не решая социальных проблем страны в целом. Социальное государство продолжает разрушаться.

У наших замечательных чиновников аппетит столь силен, что здравый смысл не может его контролировать. Быстрее, больше и вкуснее.

Русская коррупция с самого верха, из правительства, тянется, во все международные организации проросла. А там, глядишь, и многое другое всплывет. Олигархи начнут дергаться, кто сдаст кого-то, кто сам запалится. Наше дело — за ниточки вовремя дергать.

Иск Оскара Готлиба, построенный умелой рукой адвоката Людерса, основывался на том, что завещатель в момент завещания не находился «в здравом уме и твердой памяти». К доказательству этого были приложены все старания. Труп Карла Готлиба потревожили и лучшие профессора произвели анатомирование мозга. В представленном по этому поводу в суд протоколе были очень подробно описаны вес, цвет мозга, количество мозговых извилин, начинающийся склероз, но основная задача была не решена.

Сделать прямые выводы о психической ненормальности Карла Готлиба эксперты не решались, хотя – не без влияния Людерса – и нашли «некоторые аномалии».

Но у Людерса про запас имелись еще хорошо подготовленные свидетели. С ними Людерсу оказалось управиться легче, чем с экспертами. Карла Готлиба, стоявшего во главе огромного дела, окружало много людей. Среди них не трудно было навербовать свидетелей, готовых дать за приличное вознаграждение какие угодно показания. Руководимые опытной рукой, свидетели приводили много мелких случаев из жизни покойного, которые подтверждали мысль о том, что Карл Готлиб, возможно, был ненормален.

Железные люди коррозируют от коррупции.

— Некоторым людям я оказывала предпочтение перед другими, но, знаете, это бизнес. Если кто-то скажет вам другое, не верьте, это глупость или наивность или и то, и другое.

— Чушь собачья. Ты берёшь взятки, ты лгунья, ты обманываешь людей.

Чтобы побороть коррупцию, начните с того, что посадите трёх своих друзей. Вы точно знаете за что, и они знают за что.

Кречет, озверев от воровства, коррупции и казнокрадства, ежедневно собирает у себя весь кабинет, сует нос во все мелочи, проверяет и контролирует, и когда несколько крупных чинов при его режиме были не просто арестованы, но и погибли «при попытке к бегству», то в самом деле расхитители притихли.

Тюремный сторож, стоявший у двери с ключами в руках, счел себя обязанным соблюдать строжайший нейтралитет. Он получил хорошие взятки от обоих сражающихся и не хотел им мешать.