У наших замечательных чиновников аппетит столь силен, что здравый смысл не может его контролировать. Быстрее, больше и вкуснее.
Сначала это было свободное поселение, но потом жители начали выражать возмущение тем, что некому, дескать, дать взятку, где коррупция и мздоимство, и как же без бюрократии? Чтобы пресечь народное негодование, на дороге поймали нескольких воров: одного назначили мэром, остальные заняли другие административные должности...
Имея многие таланты,
К несчастью, наши интенданты
Преподозрительный народ.
Иной, заслыша слово «ворон»,
Решает, что сказали: «вор он!» —
И на его, конечно, счет;
А если кто проговорится
Невинным словом «воробей»,
Он начинает сторониться,
Поймавши звуки: «вора бей!»
В испуганном состоянии живу уже много лет,
Я жду каждый день наказания, а наказания всё нет,
Я жду его в Куршавеле и на Мальдивах жду,
Я жду его в Средиземном море, с яхты справляя нужду.
— Я не хочу быть придворным магом! Как обычно, мой протест ни чуточки не умерил его энтузиазма.
— Ты и магом тоже не хотел быть, — напрямик напомнил он мне. — Ты хотел быть вором. Ну, вот тут тебе хороший компромисс. В качестве придворного мага ты будешь государственным служащим... а государственные служащие воруют в куда больших масштабах, чем ты когда-либо мог мечтать!
Стараюсь на совещаниях сидеть я с таким лицом,
Как будто все эти годы был в церкви святым отцом,
Мой взгляд выражает смирение, я словно в раю херувим,
И правой рукой прикрываю на левой часы Вашерон Константин.
Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже,
Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже.
Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем,
И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем,
В стране объявлена, вроде,
Борьба с такими как я,
Но я еще на свободе,
И здесь же мои друзья.
В нашей стране безопасней воровать заводы, чем велосипеды, сделанные на этих же заводах.
Наша интеллигенция давным-давно расслоилась на две части. Меньшая её часть всё ещё героически остается интеллигенцией в старом русском смысле этого слова, а большая её часть превратилась в эндургенцию. Внутри самой эндургенции можно разглядеть три типа: либеральная эндургенция, патриотическая эндургенция и правительствующая эндургенция. Либеральная эндургенция обычно плохо работает, полагая, что, плохо работая в своей области, она тем самым хорошо работает на демократическое будущее. Понимает демократию как полное подчинение всех её образу мыслей. Глядя на просторы родины чудесной, нередко впадают в уныние, представляя грандиозный объём работ предстоящей либерализации. Однако при наличии взятки легко взбадриваются и чётко выполняют порученное им дело. Берут с оттенком собирания средств в фонд борьбы за демократию. Патриотическая эндургенция считает своим долгом все беды страны сваливать на представителей других наций. Однако при наличии взятки быстро взбадривается и довольно сносно выполняет порученное дело. Берёт с намёком собирания средств на алтарь отечества. Судя по размерам взяток — алтарь в плачевном состоянии. Правительствующая эндургенция. Работает плохо, считая, что любовь к правительству отнимает столько сил, что ни о какой серьёзной работе не может быть и речи. Глядя на просторы родины чудесной, иногда впадает в уныние, представляя, сколько инакомыслящих может скрываться на такой огромной территории. Однако при наличии взятки легко утешается и довольно чётко выполняет порученное дело. Одинаково берёт как в том, так и в ином виде. Берёт с оттенком помощи вечно борющемуся Вьетнаму. Любимое занятие — рассказывать, а если под рукой карта, и показывать, сколько иностранных государств могло бы вместиться на просторах родины чудесной.
Cлайд с цитатой