— Э-эй! Ау! Ау, дамы! Я не хочу вас пугать, но армия верующих боится посмотреть мне в глаза.
— Вы голый, а они монахини и отводят взгляд не от глаз.
— Э-эй! Ау! Ау, дамы! Я не хочу вас пугать, но армия верующих боится посмотреть мне в глаза.
— Вы голый, а они монахини и отводят взгляд не от глаз.
— Я не хотел этого делать, но я возвращаю Вам Ваш карандашик. Карандашик, который Вы дали мне на мой третий день работы. Вы вручили мне его как маленький желтый жезл, как будто говоря: «Джей Ди, ты — молодой я. Ты, Джей Ди, мой ученик. Ты мне как сын, Джей Ди».
— Какой карандашик?
— Из-за меня вы стали человеком-мумией.
— Ты тут не при чём. Я полез в драку и стал мумией сам.
— Постой-ка, постой-ка, Черчилль. Русские были нашими союзниками. А теперь, говоришь, у нас война с ними?
— Это холодная война.
— Холодная? А летом они в отпуск уходят?
— Выпьем, Миша, где же кружки?
— Налить вам водки?
— Ну конечно, и не хватало ищь бы селёдки. Но знаешь что, друг мой родной, тебя я вижу под луной. Тебя я вижу без одежды, оставьте бабоньки надежды.
— Сэр, вы должны это увидеть. Трендится что-то новое: хэштег #копынемогутдушитьчерных.
— Да знаем мы что не можем, но мы стараемся! Боже, скажи, что мы работаем над этим!
— Нет, сэр. Подразумевается что нельзя, типа мы расисты и все такое.
— Генри, познакомься, это Дэвид и Мэри Маргарет.
— Вы помогаете маме с расследованием? [шепотом:] Или они сбежали из под залога?
— Нет. Это... Мы знакомы сто лет.
— А где познакомились?
— В Фениксе.
— Здесь.
— Да, в Фениксе. Теперь — мы здесь.
— Я думал, ты жила в Фениксе только в то время? [имеет в виду тюрьму в штате Феникс]
— Да, мы сидели вместе.
— Правда? А вы-то за что?
— Бандитизм. Всякий может оступиться. И главное, вовремя свернуть с кривой дорожки.
— Сахар плохой.
— Сахар портит зубы.
— Сахар делает тебя нервным.
— Гитлер ел сахар.