— Я тебе больше не нравлюсь.
— Я тебя ненавижу, разве это недостаточно страстное чувство?
— Я тебе больше не нравлюсь.
— Я тебя ненавижу, разве это недостаточно страстное чувство?
Нуждаться? Нет, не то. Любовь — это всегда вместе, неразрывно, день за днем, год за годом… Любовь — это видеть глазами другого. Она любит мосты, и ни на один здешний мост я не мог смотреть без боли, потому что ее глаза этого не видят. И еще сотни таких вещей, на каждом шагу. Не просто друг, в чем-то даже мой смертельный враг, но жена, и срослась со мной. (смотрит на бумагу из суда) Что я мог сказать тебе об этом — об этой бумажке? Что брачный союз не расторгнут, не стал недействительным? Разве я перестану чувствовать свою правую руку, если потеряю ее? Вот что такое любовь для меня.
Никогда не выгоняйте человека после того, как намекнули, чтобы он остался на всю ночь. Это как-то неженственно.
Нет места опаснее, чем комната, в которой живешь. Шестьдесят процентов несчастных случаев происходит дома. Не считая разрывов между супругами. Хочешь жить в безопасности — будь бездомным.
Ты — дар. Дар с небес. Таких, как ты, на свете очень мало, — бог, изредка сжалившись над множеством несчастных дураков, создает для них одну такую, Гитель. И для меня в том числе.
Мы думали, что нас не любят потому, что мы «красные», а нас не любят потому, что мы «русские».
Существует болезнь, известная как ненависть. Не вирус, не микроб, не микроорганизм. Высоко заразна. Смертельна по своим последствиям. Не ищите ее в сумеречной зоне. Посмотрите на нее в зеркало. Посмотрите на нее, прежде чем погаснет свет в целом.
Аромат убийственно-крепкого кофе. Не стоило бы ей пить это зелье: сон все равно не прогнать, а вот кошмары будут обеспечены, и опять придется просыпаться в предутренний полумрак, в дрожащий неуют безликого часа. Но служение фрагментам требует жертв.