Думаю, раньше со стороны я был веселее. Пожалуй, людям рядом со мной было веселее. Тот образ, который я выбрал для себя, убеждая людей, что у меня все хорошо, был образом весельчака и добряка. Теперь я веселюсь меньше. Я чаще сосредоточен. Моя жена теперь не готовит мне привычные блюда. Просто раньше я был милым толстяком.
Я боюсь смерти, потому что у меня есть желания. Пока есть желания, человек боится смерти. А когда желаний нет — перестает.
Я пялился в унылость собственных дней. Мне тоже нужно было пройти ужасно долгий путь.
Я не ищу себе оправданий. Просто мне надо писать. Просто писать, и чтобы получалось. Я так живу. В этом мой смысл.
Я подкапывался под фундамент чего-то более крупного и глубокого, проделывал царапинки в стене, которую боялся разрушить. За этой стеной обитал монстр, и я выстроил ее надежной, чтобы чудовище не смогло выбраться на свободу.
Теперь оно шевельнулось, потянулось, заволновалось во сне.
В городе, похоже, появился новый монстр, и я спрашивал себя: не разбудит ли его присутствие того, которого прятал я?
Cлайд с цитатой