Обожаю воспитанных детишек. Таких, как вы уж больше не делают.
— Поздравляю, у вас мальчик!
— Как мальчик? Посмотри еще! Там должна быть девочка!
Обожаю воспитанных детишек. Таких, как вы уж больше не делают.
— Знаете, сколько он уже алименты не платит? За три месяца ни одного евро собственному сыну! Парень ходит в прошлогодней форме, она скоро на нем порвется!
— А вы не думали про совместную опеку?
— Я думала про то, чтобы засадить его в тюрьму за неуплату.
Слишком сильно зацикленные друг на друге, они с Эрнестом никогда не уделяли должного внимания детям. Файф всегда утешала себя тем, что, раз у неё родились сыновья, значит, они и сами вырастут. Это дочерей пришлось бы учить, что можно, а чего нельзя.
Колени – их следует отнести к наиболее важным органам в организме женщины. Мудрая природа предусмотрела их для того, чтобы на них отдыхали малые дети, но чаще они используются на пикниках: на них кладут куски холодной курятины и головы взрослых самцов. Самцы же нашей породы колени имеют недоразвитые, ни на что полезное не годные и никоим образом не способствующие выживанию вида.
Не все дети похожи на своих родителей. Посмотри на меня! Мои предки были честными трудолюбивыми людьми...
— А что если — что если всё гораздо сложнее? Что если и в обратную сторону всё тоже — правда? Потому что, если от добрых намерений иногда бывает вред? То где тогда сказано, что от плохих бывает только плохое? А вдруг иногда неверный путь — самый верный? Вдруг можно ошибиться поворотом, а придешь всё равно, куда и шёл? Или вот — вдруг можно иногда все сделать не так, а оно все равно выйдет как надо?
— Что-то я не слишком тебя понимаю.
— Ну… я вот что скажу, сам я лично никогда так вот резко, как ты, не разделял плохое и хорошее. По мне, так любая граница между ними — одна видимость. Эти две вещи всегда связаны. Одна не может существовать без другой. И я для себя знаю — если мной движет любовь, значит, я все делаю как надо. Но вот ты — ты вечно всех осуждаешь, вечно жалеешь о прошлом, клянешь себя, винишь себя, думаешь: «а что, если?», «Как несправедлива жизнь!», «Лучше б я тогда умер!» Короче, ты сам подумай. А что, если все твои решения, все твои поступки, плохие ли, хорошие — Богу без разницы? Что если все предопределено заранее? Что, если эта наша нехорошесть, наши ошибки и есть то, что определяет нашу судьбу, то, что и выводит нас к добру? Что, если кто-то из нас другим путем туда просто никак не может добраться?
Мне бы хотелось оставить о себе неплохие воспоминания, которые не стыдно будет передавать детям. Из уст в уста, из фотоальбома в фотоальбом, или по блютусу перекидывать мое ультразвуковое исследование. Я, конечно, хочу сделать все для того, чтобы мои дети не то чтобы жили безбедно, но хотя бы были как-то подстрахованы, чем-то прикрыты. Поэтому я скупаю золотые часы, переплавляю их в гири и зарываю в клубнике.
Как же меня занесло в эту странную новую жизнь, где по ночам орут пьяные иностранцы, а я хожу в грязной одежде и никто меня не любит?