Если проработать в полиции слишком долго, такое ощущение, что в итоге или умрёшь героем, или станешь чудовищем!
Один плохой полицейский мёртв, один хороший полицейский за решёткой, а две семьи лишились их отцов и мужей...
Если проработать в полиции слишком долго, такое ощущение, что в итоге или умрёшь героем, или станешь чудовищем!
Один плохой полицейский мёртв, один хороший полицейский за решёткой, а две семьи лишились их отцов и мужей...
... твердая уверенность в своих действиях перестала считаться необходимым элементом в работе полицейских двадцать первого века. Приходилось учитывать множество иных факторов. В частности, общественную значимость преступления.
Когда работаешь в штатском столько, сколько я — форма становится символом трагедии. Она пылится у меня в дальнем уголке шкафа, чтобы я не мог ее видеть.
Да... Когда я подумаю, как мы были счастливы, какой большой выигрыш выпал нам в жизни, как мы позволили привычке усыпить себя... Привычке, которая как школьная резинка стирает всё... Да надо было каждую минуту говорить себе: «Какое счастье! Какое счастье! Какое...»
Я готова избавится от этого креста, наливающего свинцом мое молчаливое сердце, без дальних слов. И всё равно, что будет после. Если вообще будет.
Мы приходим в этот мир без согласия — уходим из него, ни у кого не спросив разрешенья.
Во сне, а быть может, весною
ты повстречала меня.
Но осень настала, и горько
ты плачешь при свете дня.
О чём ты? О листьях опавших?
Иль об ушедшей весне?
Я знаю, мы счастливы были
весной... а быть может, во сне.
Сожги мой крик в тишине.
Забудь мой образ, прошу...
Я не хочу быть как все
Забудь меня, я ухожу.
А дни проходят быстрые,
Уходят сладкие,
Встретимся мы обратно
Во зеленом садике.
По дорожкам каменным
Понесут нас голеньких,
Поставят крестики,
Напишут нолики...