Вечер был тихий, светлый. На горизонте чернела длинная полоса моря, а на берегу его горели в красноватом свете скалы, и на одной из скал блестели белые стены второй батареи и всего укрепления. Я любовался своею семилетнею тюрьмою.
О, Боже мой милый! Как тяжко на свете,
Как жизнь горемычна — а хочется жить,
И хочется видеть, как солнце сияет,
И хочется слушать, как море играет,
Как пташка щебечет, как роща шумит,
Как девушка песню свою запевает…
О, Боже мой милый, как весело жить!
Летит по небу стрекоза,
Сияет солнышко в глаза,
А я вдоль берега иду,
Иду и песенку пою:
О том, как чуден этот мир
И как прекрасен этот миг,
И сколько радости ещё
Способен он в себя вместить.
Мне подпевает соловей,
Журчит водой, мой друг, ручей,
И даже рыбка в пене вод
Свой открывает молча рот.
Нежданно тёплый дождь пошёл
И заблестело всё росой.
А в небе вспыхнул полукруг
И радуга запела вдруг:
О том, как чуден этот мир
И как прекрасен этот миг,
И сколько радости ещё
Способен он в себя вместить.
Когда над Кигали садится солнце, нельзя не любоваться красотой мира. Стремительные полеты птиц — как тонкая небесная вышивка. Дует мягкий свежий ветер. Улицы превращаются в длинные живые ленты — разноцветные, лениво струящиеся, словно муравьиные цепи, вереницы людей, медленно взбирающихся на свои холмы из центра города. Отовсюду поднимается дым жаровен. Каждый завиток, вырисовывающийся в небе, рассказывает о своем очаге. Тысячи смеющихся детей бегут по улицам, пинают спущенные мячи, катят старые шины. Когда над Кигали заходит солнце, а ты сидишь на одном из холмов, что окружают город, и душа твоя еще в состоянии хоть что-то чувствовать, то можно лишь умолкнуть и любоваться.
... Красота этого места была для меня чем-то вроде ангела, которого человек видит в спящем лице любимой женщины.
А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.
І на оновленій землі
Врага не буде, супостата,
А буде син, і буде мати,
І будуть люде на землі.
На обновленной сей земле
Врага не будет, супостата,
И будут сын и мама рядом,
И будут люди на земле.
Пейзажи мирные или унылые.
Пейзажи странствия по жизни, а не виды поверхности земной.
Пейзажи Времени, текущего лениво, почти недвижно, а порою будто вспять.
Пейзажи лохмотьев, исхлестанных нервов, надсады.
Пейзажи, чтоб прикрыть сквозные раны, сталь, вспышку, ело, эпоху, петлю на шее,
мобилизацию.
Пейзажи, чтобы крики заглушить.
Пейзажи — как на голову натянутое одеяло.
Сёстры и жёны,
Мужи и дети, собирайтесь гурьбой
На гору зеркальную Кагамияма -
Там за перевалом открываются виды,
Будем смотреть, как осыпаются клёны!
Cлайд с цитатой