Жизнь как зебра. Полоса белая, полоса чёрная, полоса белая, полоса чёрная, а потом хвост и… полная задница!
Да как же мне теперь жить без доверия-то? Это же не жизнь, это колыхание струй!
Жизнь как зебра. Полоса белая, полоса чёрная, полоса белая, полоса чёрная, а потом хвост и… полная задница!
— Развели тут преступность!
— Мы преступность не разводим. Мы с преступностью боремся...
У меня эти бабы вот уже где! У них же поломанный алгоритм мышления! Загружаешь факты, аргументы, логические ходы, а получаешь ведро картошки...
— Витя, отец не тот, кто родил, а тот — кто вырастил.
— Нина Владимировна, вы колонку психолога в журнале для садоводов прочитали?
— Я, конечно, всё понимаю, но, Марина Владимировна, у нас двоемужество наказуемо по закону!
— Да, да, да. Я знаю. Просто спать с другим мужчиной — это ничего, а быть ему женой — это аморально.
Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже,
Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже.
Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем,
И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем,
В стране объявлена, вроде,
Борьба с такими как я,
Но я еще на свободе,
И здесь же мои друзья.
Он Алексей, но... Николаич
Он Николаич, но не Лев,
Он граф, но, честь и стыд презрев,
На псарне стал Подлай Подлаич.
Но, увы, деньги имеют свойство липнуть друг к другу, собираясь в крупные состояния, и в конце концов образуются огромные скопления, которые обычно называют богатством. И в этом виноваты не только люди. Спросите любую однодолларовую банкноту, и та скажет вам, что предпочитает находиться в обществе не таких же купюр, как она сама, а стодолларовых. Лучше быть десятью долларами на счете миллиардера, чем рваной и грязной бумажкой достоинством в один доллар в дырявом кармане бедняка.
Моему сыну шестнадцать и он недавно пошел второй раз в девятый класс. Вот просто игнорирует математику, по два часа сидит над примером, воткнет ручку и сидит. Я говорю: «Какой ответ?» Он: «Допустим, восемь». Говорю: «Ты тогда, допустим, штукатур. Возможно неплохой. Но вероятнее всего солдат».