Сама завязала шнурки? Теперь хоть мордень не расшибёшь.
Вот все у тебя, Оленька, ладно складывается. И дом полная чаша, и муж работяга. Вот бы вам еще ребеночка. Глядишь, характером бы обзавелась. А то ведь тюха-тюхой!»
Матвей Лебедев. Чертов интернат
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Ай, а, ай, ай...
— Ты сильно ушиблась?
— Конечно, что за вопрос?
— А-ха-ха-ха-ха!
— Ты смеешься?
— Ха-ха-ха, ох, до меня дошло — человек упал — нужно смеяться. Ах-ха-ха-хах. А ты не обманываешь меня, ты сильно ударилась? Сильно ударилась, ах-ха-ха-х, сильно ударила-аха-ха-сь, ах-ха-ха-х. Ну хорошо, ты меня научила, теперь пойдем, я помогу.
— Почему сэр Гвиздо покидает нас?
— Он сказал, что мы все погибнем.
— Всё это полная чушь!
— Хм... может, он всё-таки прав?
— Ничего он не прав! Вы самый сильный! Сильнее, чем рыцарь Готик!
— Гвиздо говорит, что жизнь не волшебная сказка.
— Да что он знает, этот сэр Гвиздо! И вообще, кто он такой, Гвиздо? Лорд Зануда и Брюзга? Сэр Старый Хрыч? Господин Волдырь-на-Пятке?
— Он был моим другом.
Вот вы сказали о Страшном суде. Позвольте мне почтительно посмеяться над этим. Я жду его бестрепетно, ведь я изведал кое-что страшнее: суд человеческий.
Насмехаясь над Богом, ты ставишь себя в положение младенца, иронизирующего над материнской грудью.
Он был весел, но не так, как Нэндил. Тот был весел от того, что весь был цельный, а Лауральдо был весел, но надтреснут внутри. Его отличала бесшабашность и показное легкомыслие, свойственные многим эльфам, идущим за сыновьями Феанора. Так легкомысленны и насмешливы напоказ люди, носящие в себе какую-то глубокую рану. Те, кому хочется забыться. Те, кто страдает, но боится сострадания и изо всех сил показывает, что страдание ему неведомо. Они горячо кидаются на поиски приключений и любят о них со смехом рассказывать, но на самом деле ищут смерти. Берен и сам был таким до встречи с Лютиэн. Как подружились Лауральдо и молчальник Лоссар — загадка, но они подходили друг другу как пламя светильнику. Лауральдо говорил обо всем и ни о чем со всеми — но только с Лоссаром он мог молчать. Тот не произносил ни слова — но Лауральдо в его присутствии не тяготила тишина. Он переставал насмешничать над миром, потому что переставал его бояться.
Насмешка бывает часто признаком скудости ума: она является на помощь, когда недостает хороших доводов.