Лачуга должника

Всё чаще и чаще в ночной тиши

вдруг начинаю рыдать.

Ведь даже крупицу богатств души

уже невозможно отдать.

И пусть.

Сквозь людскую лавину

я пройду непохожий, один,

как будто кусок рубина,

сверкающий между льдин.

Не-бо!

Хочу сиять я;

ночью мне разреши

на бархате чёрного платья

рассыпать алмазы души.

Небо!

Не знаю что делаю...

Мне бы карающий нож!

Видишь, как кто-то на белое

выплеснул чёрную ложь.

Видишь, как вечера тьма

жуёт окровавленный стяг...

И жизнь страшна как тюрьма,

воздвигнутая на костях!

Падаю!

Падаю!

Падаю!

Вам оставляю — лысеть.

Не стану питаться падалью -

как все.

Не стану

кишкам на потребу

плоды на могилах срезать.

Не нужно мне вашего хлеба,

замешанного на слезах.

И падаю, и взлетаю

в полубреду,

в полусне.

И чувствую, как расцветает

человеческое

во мне.