Надо жить! Вот они роковые слова!
Вот она, роковая задача!
Кто над ней не трудился, тоскуя и плача,
Чья над ней не ломилась от дум голова?
Надо жить! Вот они роковые слова!
Вот она, роковая задача!
Кто над ней не трудился, тоскуя и плача,
Чья над ней не ломилась от дум голова?
Меняя каждый миг свой образ прихотливый,
Капризна, как дитя, и призрачна как дым,
Кипит повсюду жизнь в тревоге суетливой,
Великое смешав с ничтожным и смешным.
... Мы часто приезжали с ней на это озеро. И когда я приехал сюда один, я понял, что я потерял. И не захотелось жить... Я мог бы это сделать, но... Тут рядом какая-то девчонка плела венок. Потом она подошла, взяла кисть и солнышко нарисовала на моей картине. Я смотрел, смотрел, и вот... жив до сих пор.
Запомните мой завет: никогда не выдумывайте ни фабулы, ни интриг. Берите то, что даёт сама жизнь. Жизнь куда богаче всех наших выдумок! Никакое воображение не придумает вам того, что даёт иногда самая обыкновенная, заурядная жизнь, уважайте жизнь!
– Я считаю Сент-Мэри-Мид, – многозначительно отчеканил он, – лужей со стоячей водой.
Он взглянул на всех вызывающе, ожидая возражений, но никто не возмутился; мне кажется, это его разочаровало.
– Сравнение не очень удачное, милый Рэймонд, – живо отозвалась мисс Марпл. – Мне кажется, если посмотреть в микроскоп на каплю воды из стоячей лужи, жизнь там, наоборот, так и кипит.
– Конечно, там кишит всякая мелочь, – сказал литератор.
– Но ведь это тоже жизнь, в принципе мало отличающаяся от всякой другой, – сказала мисс Марпл.
– Вы равняете себя с инфузорией из стоячей лужи, тетя Джейн?
– Мой милый, это же основная мысль твоего последнего романа, я запомнила.
Остроумные молодые люди обычно не любят, когда их собственные изречения обращают против них.
Ну да... Самое забавное, что пацан даже драться толком не умел. Но будь против него трое или пятеро, он всё равно бросался на них со всем своим рвением и к тому времени, когда добегали Микаса или солдаты, его уже избивали до неузнаваемости. Только вот... я никогда ещё не видел, чтобы он побеждал в драке. Однако я и не видел, чтобы он когда-либо сдавался. Иногда он настолько неуступчив, что даже мне становится не по себе. сколько бы раз он ни падал, пацан всегда поднимался на ноги. Вот таков уж он. Думаете, его забрали без сопротивления? Нет. Он всегда сражается до потери сил. Особенно, когда против него лишь два врага. Не важно, кто его противники, жару он им задаст, причём до того, как вы или я придём на помощь. Таким Эрен был всегда.
Я в первый раз
не чувствую в крови
глухого зова гулкого пространства.
Меня все больше тянет к постоянству
в работе,
увлечениях,
любви.