Было бы бесполезно наказывать человека за глупость или убеждать его, чтобы он был мудрым и проницательным, хотя те же самые наказания и убеждения могут оказать значительное влияние, если дело касается справедливости и несправедливости.
— Почему ты меня просто не убил?
— Ты не боишься смерти, ты её жаждешь. Твоё наказание должно быть более жестоким.
— Станешь пытать?
— Да. Но не твоё тело, а твою душу.
Склонность к радости и надежде — истинное счастье; склонность к опасению и меланхолии — настоящее несчастье.
Если бог хочет наказать, то наделяет разумом и памятью. Чтобы ты всё осознал. Чтобы ты ничего не забыл.
— Я иду с вами, милорды!
— А? Что? Зоуи? Ты это в шутку?!
— Всерьёз. Мой дядя велел мне отправиться с вами на край света.
— О... Но ты ведь наказана!
— Что ты! И ещё он сказал, чтобы я поучилась у вас ремеслу.
— Нет, нет, нет и нет! Ты вернёшься домой и объяснишь дяде Арнольду, что лорд Гвиздо не берёт подмастерьев.
— И ещё он сказал, что если вы меня не возьмёте, то он... э...
— «Он... э...» Что?!
— Он... он отшлёпает вас по голой попе... прилюдно.
— По попе? Прилюдно?
Самая строгая мораль позволяет нам чувствовать удовольствие при мысли о великодушном поступке.
Опозоренный враг лучше мёртвого. Смерть — это не наказание. Настоящее наказание — это когда ты знаешь, что был близок к победе и проиграл. Ну, и ещё когда твой друг продаёт тебя за 10 монет.
Cлайд с цитатой