Прощайте — мне чудится, что я у ваших ног, сжимаю их, ощущаю ваши колени, — я отдал бы всю жизнь за миг действительности. Прощайте и верьте моему бреду; он смешон, но искренен.
Браните мужчин вообще, разбирайте все их пороки, ни один не подумает заступиться. Но дотроньтесь сатирически до прекрасного пола – все женщины восстанут на вас единодушно – они составляют один народ, одну секту.
Дознался я, что дамы сами,
Душевной тайне изменя,
Не могут надивиться нами,
Себя по совести ценя.
Восторги наши своенравны
Им очень кажутся забавны;
И право с нашей стороны
Мы непростительно смешны.
Закабалясь неосторожно,
Мы их любви в награду ждем,
Любовь в безумии зовем,
Как будто требовать возможно
От мотыльков иль от лилей
И чувств глубоких и страстей.
Она строга, властолюбива,
Я сам дивлюсь её уму -
И ужас как она ревнива:
Зато со всеми горделива
И мне доступна одному.
То, что я могу сказать тебе о женщинах, было бы совершено бесполезно. Замечу только, что чем меньше любим мы женщину, тем вернее можем овладеть ею. Однако забава эта достойна старой обезьяны восемнадцатого столетия. Что касается той женщины, которую ты полюбишь, от всего сердца желаю тебе обладать ею.
— Поспеши ко мне, — велела.
— Посмеши меня, — велела.
— Полюби меня, — велела.
— Погуби себя, — велела.
Поспешил.
Посмешил.
Полюбил.
Погубил.
Не будьте лохом и не унижайтесь. И не верьте словам, что она еще не готова к отношениям, не решила, что ей нужно время. Женщина уже в первые минуты общения определяет статус мужчины и будет ли она с ним спать. Помните правило: «Если женщина не знает, чего хочет, то будь уверен, что она хочет не тебя». Только решительный штурм.
Женщины определенно обладают интуицией, и в этом смысле они — выше мужчин. Наполеон замечательную фразу сказал, я очень люблю её: «Женщина никогда не бывает равной Мужчине. Она либо неизмеримо ниже его, либо неизмеримо выше.» И это верно. Абсолютно верно! То есть женщина может пасть... Мужчина, тоже может пасть, но до такой степени не падёт. А женщина может пасть до дна.
Новым утром горячий дождь обрушился на Олинду. Ричард Гейт, не тронув завтрака, слушал хлопки капель по пыли. Он любил своё одиночество, но после слов Доминики что-то заскребло в нём, как замурованная в стену мышка. Гейт подошёл к зеркалу, поглядел на лицо в шрамах. Отвернулся, два раза обогнул стол, успокоился в кресле. Только теперь в нём что-то не только скребло, но и ныло — это сердце жаждало приключений, но не на морях, а в спальне.
Войны Олега и Святослава и даже удельные усобицы — разве это не та жизнь, полная кипучего брожения и пылкой и бесцельной деятельности, которой отличается юность всех народов?
Мужчина — «продукт» сырой и только мудрая женщина ведает, как правильно его приготовить.
Cлайд с цитатой