— Поговорим. Но не поздно ли?
— Поздно.
— Поговорим. Но не поздно ли?
— Поздно.
— Я пришла, чтобы мы договорились.
— Ты пришла, потому что я так захотел. Ты потратила много бесполезной энергии. И заставила потратить меня.
— Нет, сынок, где мафия, где я. Я никогда не шантажировал оружием. Я всегда вел дела с умом.
— Чем ты занимаешься?
— Торговлей. Я бизнесмен.
— Ха-ха, папа тоже так говорит о нас.
— Молодец твой папа. Говори как он. С умом.
Смелость, мужественность... все это хорошо. Приятно звучит. Но вредно для здоровья. Жизнь укорачивает.
Только боги ни старости не ведают, ни смерти. Все прочее у времени во власти. Скудеет почва, и слабеет тело, сменяется доверье недоверьем, — и в чувствах не бывают неизменны ни к другу друг, ни к граду град, — узнают когда-нибудь всю горечь неприязни, а после вновь почувствуют приязнь.
Hands up to the sky and screaming
People with the broken feelings
Lost in mazes, lost to find themselves.
My confession's I've been wasted
Time that I was tryin' chase and
I'm no more keep running from myself.
Он опаздывал потому, что ему страшно нравился двадцатый век. Он был намного лучше века семнадцатого, и неизмеримо лучше четырнадцатого. Чем хорошо Время, любил говорить Кроули, так это тем, что оно медленно, но неуклонно уносит его все дальше и дальше от четырнадцатого века, самого наискучнейшего столетия во всей истории Божьего, извините за выражение, мира.