Вверх тормашками (Head Over Heels) (2001)

— Аманда, знаешь, в чём твоя беда? Ты всех идеализируешь и влюбляешься без оглядки.

— В Нью-Йорке четыре миллиона мужчин. Почему я не могу найти себе одного, хорошего, только одного?!

0.00

Другие цитаты по теме

— Почему каждый раз, когда тебе приносят новую картину, у тебя подгибаются колени?

— Нет, не каждый раз. Понимаешь, я смотрю на эту картину и вижу, что это влюбленные, что они любили друг друга до самой смерти.

— Аманда, это же картина! В жизни не прошло бы и двух лет, как она бы забеременела, а он загулял с официанткой из бара.

— Может быть, поэтому я и люблю искусство больше, чем жизнь.

— Ты веришь в любовь с первого взгляда?

— С первого? Нет, это слишком просто. Я верю, что нужно присмотреться повнимательнее.

Влюбиться — это то же, что произвести инвестиции в ценные бумаги. Так же, как вы временно теряете контроль над деньгами, вложив их в акции, вы теряете контроль над своими чувствами, посвятив их своему любимому. И как вы не знаете заранее результат, который принесут ваши инвестиции в ценные бумаги, точно так же вы не можете предвидеть исход новых отношений. В этом есть фактор риска, заставляющий влюбленных испытывать неуверенность и страх.

Да, я грубая. А ты просто дура. Если бы я выбирала между Адамом и его отцом, между Адамом и любым человеком на свете, я бы выбрала Адама. По-любому.

— А почему у тебя нет подружки?

— Не знаю.

— Ты голубой?

— Нет! Есть кое-кто... Я о ней часто мечтаю.

— Выдуманная что ли?

— Нет, настоящая, живая девушка.

— И в чём проблема?

— Не знаю... Я так много всего хочу ей сказать. Про то, что я вижу, как ей одиноко, даже когда никто не видит. Потому что знаю, каково это — быть потерянным, одиноким и незаметным.

— Саймон, желаемого нужно добиваться! Если бы я так влюбился, я бы сломал эту стену.

— Я пытался с ней разговаривать, но я не знаю, как быть с самим собой. Меня словно нет в моём собственном теле. Словно.. словно через меня можно стены руками потрогать. И я не понимаю, кем я хочу быть, и кто я на самом деле есть. Я знаю, что говорю с ней, но не могу сделать то, что нужно. Я как Пиноккио, деревянный мальчик — ненастоящий. Это меня убивает.

Хоть и спросила я о нем, однако

В него не влюблена.

Капризный мальчик,

Красиво говорит,

но есть ли толк в словах!

Единственное время в жизни человека, когда он объективно зависим и когда его можно считать заложником — это детство и зависимость от родителей. Длится это сравнительно недолго. В остальных случаях пребывание в любых отношениях есть выбор взрослого человека.

Зачем вообще личная жизнь, если для счастья мне хватает работы?

Друг мой, прости, но ВДВОЁМ не делится на троих

и, уж тем более, на пятерых и больше.

Спасибо, что ты не сделал меня одной из них,

что мы остаёмся друзьями, спасибо, хороший мой.

Спасибо, что рядом с тобой теперь я есть

и что ощущаю тепло от тебя и опору.

Спасибо тебе, что вернул мне моё «сейчас-и-здесь»,

что снова живу и новые планы строю.

Мне жаль, моё солнце, так жаль, что не всё сбылось.

Не всё получилось, но в каждом неровном шаге

твоя поддержка. Мой космос, моя земная ось –

ведь ты был мне всем. Это глупо. Я знаю, знаю…

Но в этой невинной глупости было столько тепла.

А где есть тепло, там запрятан и шанс на счастье.

Спасибо, мой друг, что рядом с тобой я опять жива.

Спасибо, что снова есть силы подниматься.

Не знаю, смогу ли я это тебе вернуть,

ведь ты не берёшь. Но тебя тепло обнимая,

я точно знаю: мой дом, мой свет, дорога и путь

сейчас при мне. И это чужим не станет.

... Она быстро пришла в себя и покорно опустила голову.

— Прошу простить меня, мой господин.

Его ладонь горела от пощечины, но это было ничто по сравнению с тем, как горела его совесть.