Мой папаша говорил: если долго смотреть на огонь, ты увидишь, как в нём пробегает вся твоя жизнь.
Оказалось, что я не очень-то здоров. У меня туберкулез. Доктор не смог сказать, сколько я ещё протяну. Столько раз в меня стреляли, столько раз я падал с седла, во стольких драках побывал — а умру из-за того, что бил того жалкого человечка. Он — единственный тяжело больной, рядом с которым я мог быть. Он умолял о пощаде, а я избил его, и он умер. И теперь я тоже умираю. Так устроен мир.
Другие люди понимают, зачем они родились, но я... Видимо, я появился на свет для того, чтобы страдать и причинять другим страдания. Наверное, это не самый хороший повод. Хотелось бы мне уметь делать что-то другое. Но здесь, на этой земле... Мне кажется, что я в тупике.
Мой милый Артур!
Ты так и не пришёл. Теперь, просматривая газеты, я понимаю — почему. Полагаю, что ты не получишь это письмо, но я тем не менее должна его отправить. Артур... Ох, Артур. А я уже вознеслась в своих глупеньких мечтах. Я скучаю по тебе и всегда буду скучать, но такая жизнь не по мне, а ты, кажется, по-другому жить не можешь.
Когда я с тобой, мир становится мне понятен, но когда мы в разлуке, я ясно вижу, что твой мир — не тот, из которого можно выбраться. Мне так жаль — за всё, что произошло давным-давно, и за то, что я снова вернулась к этой теме. Артур, внутри тебя есть хороший человек, но он борется с великаном. И великан побеждает, снова и снова. Ты снова разбил моё сердце, а я, боюсь, разбила твоё.
Знаю, что я ее люблю, а она и любит меня, и ненавидит. Ничего хорошего из этого не вышло и никогда не выйдет, но мысли об этом всё равно гложут меня, как навязчивая хворь.
— Я прожил плохую жизнь, сестра.
— Мы все прожили плохую жизнь, мистер Морган... Все мы грешим... Но я Вас знаю.
— Не знаете вы меня.
— Простите меня, но в этом и проблема. Вы не знаете себя.
— Это как понимать?
— Да как хотите. При каждой нашей встрече вы всегда улыбаетесь и помогаете людям.
— У меня был сын. Он умер. Была девушка, которая меня любила. Я растоптал эту любовь. Мама умерла, когда я был ещё ребёнком. А отец... Он умер у меня на глазах... И я был этому страшно рад.
— Мой муж умер много лет назад. Жизнь полна боли... Но есть в ней также любовь и красота.
— Что мне теперь делать?
— Будьте благодарны за то, что впервые... Вы ясно видите свою жизнь.
— Ну да.
— Может, вам стоит помочь кому-нибудь? Помощь ближнему всегда приносит счастье.
— Но я до сих пор ни во что не верю.
— Я и сама верю не всегда... Но потом встречают кого-то такого, как Вы... И всё становится на свои места.
— Вы слишком умны для меня, сестра... Наверное... я просто боюсь.
— Вам нечего бояться, мистер Морган. Допустите мысль, что любовь существует и пусть она диктует ваши поступки.
Я знаю их — часы скорбей:
Мученья, упованья, страх,
Тиски обид, шипы страстей,
Цветы, рассыпанные в прах;
Бездонный ад над головой,
Пучины стон, недуг зари
И ветра одичалый вой -
Они со мной, они внутри.
Иной бы это разбренчал
На целый мир, как скоморох;
Но я о них всегда молчал:
Их знаешь ты, их знает Бог.
Как печален этот мир,
Как грустна моя судьба!
Жизни мне не жаль моей,
Стану капелькой росы.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
– Мама… – начал он медленно и несмело. – А что такое умереть? Ты всё время об этом говоришь. Это такое чувство?
– Для тех, кто потом остаётся жить, это плохое чувство.
Cлайд с цитатой