Я рука бьющего и язык говорящего. Язык того, кто говорит тебе, что ты много болтаешь.
Рухи убивает болтливых, ребята. Скажешь: «Мир».
Я рука бьющего и язык говорящего. Язык того, кто говорит тебе, что ты много болтаешь.
Рухи убивает болтливых, ребята. Скажешь: «Мир».
От злоязычия себя не уберечь.
Так лучше сплетнями и вовсе пренебречь.
Нам подобает жить и мыслить благородно,
А болтуны пускай болтают что угодно.
– А говорят…
– Кто-то всегда что-то сплетничает, – сказала она скучающе. – И вот забавно: чем меньше у болтунов своих дел, тем больше их заботят чужие. Мой наставник говорил, что если про тебя не врут хотя бы раз в день, значит, ты уже умер, прожив бесполезную жизнь.
— Почему я должен страдать только из-за того, что она в моей команде?
— Если б ты держал свою пасть закрытой, мы бы здесь вообще не были!
Будь начеку.
В такие дни
Подслушивают стены.
Недалеко от болтовни и сплетни
До измены!
– Вам не кажется, мисс Марпл, – сказал я, – что все мы слишком склонны злословить о ближних своих? Добродетель не мыслит злого, как вы знаете. Можно причинить неисчислимый вред, позволяя себе болтать глупости и распускать злостные сплетни.
– Дорогой викарий, – ответила мисс Марпл, – вы человек не от мира сего. Боюсь, что человеческая натура, за которой мне довелось наблюдать столь долгое время, не так совершенна, как хотелось бы. Конечно, праздная болтовня – это дело грешное и недоброе, но ведь она так часто оказывается правдой, не так ли?
Эта последняя, парфянская стрела попала в цель.
Надпись на выцветшей наклейке на дверном стекле:
«От излишней болтовни в море тонут корабли».
В один «прекрасный» день по радио объявили, что я умер. Ко мне бросились толпы журналистов — пришлось говорить, что это все ложь: вот он я, жив и почти здоров. Но они почему-то совершенно не хотели мне верить, хотя видели меня собственными глазами.