На самый край Вселенной, тебя я заберу,
И крикну на всю Землю, что я тебя люблю.
И необыкновенно, в присутствии ветров,
Мне скажешь откровенно, что ты на все готов!
Всего и делов love, love...
На самый край Вселенной, тебя я заберу,
И крикну на всю Землю, что я тебя люблю.
И необыкновенно, в присутствии ветров,
Мне скажешь откровенно, что ты на все готов!
Всего и делов love, love...
Если ты будешь жить сто лет, то я хочу жить сто лет минус один день — не хочу прожить и дня без тебя.
Я так взволнована вашим признанием... Я вся в работе. Жизнь моя уже как-то устоялась, сложилась. Я «старый холостяк», я привыкла командовать.
Я очень вспыльчива и могу испортить жизнь любому, даже очень симпатичному.
Но это... Дело даже не в этом...
А в том, что... я вам не верю.
Вот интересная черта у людей: пока не признано другими — это говно. А когда признано — это да.
— Ты можешь любить глупую женщину? Я была глупа.
— Я полюбил вас в день вашей свадьбы с Гарри Фэншоу. До той минуты я не знал, что у меня есть сердце. Вы в него вселили новые чувства — радость, надежду. Они острее любых клинков, которые резали меня прежде.
Мое сердце бьется только для тебя одной,
Без тебя вся жизнь пустяк и весь мир пустой...
Когда Ной почувствовал, что ком в горле растаял, он наклонился к Элли и шепнул:
– Ты – ответ на все мои молитвы. Ты – моя песня, моя мечта, мое дыхание. Я не понимаю, как смог прожить без тебя так долго. Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить. Я всегда любил и буду любить только тебя.
– Ах, Ной! – только и выдохнула Элли, прижимаясь к нему. Сейчас она любила, хотела, желала его больше, чем когда-либо в жизни.
О, есть неповторимые слова...
Кто их сказал — истратил слишком много.
Неистощима только синева
Небесная и милосердье Бога.
Думали, что собственное признание преступника необходимо было для его полного обличения, — мысль не только неосновательная, но даже и совершенно противная здравому юридическому смыслу: ибо, если отрицание подсудимого не приемлется в доказательство его невинности, то признание его и того менее должно быть доказательством его виновности.
Признания в любви часто напоминают сигналы точного времени — они действительны только в момент их произнесения.
— Простите, на каком основании?
— На основании вашего признания.
— Но я ни в чем не сознавался.
— Вы признали себя членом группы заговорщиков, в присутствии своего адвоката.
— Офицер, я помогал вам.
— Знаю и очень ценю это.
— Так почему?..
— Потому что я коп, а вы нарушили закон. Вот как бывает.