Николай Яковлевич Агнивцев

В этот вечер над Невою

Встал туман!... И град Петра

Запахнулся с головою

В белый плащ из серебра...

И тотчас же, для начала,

С томным криком, вдалеке,

Поскользнулась и упала

Дама с мушкой на щеке.

— На Литейном, прямо, прямо,

Возле третьего угла,

Там, где Пиковая Дама

По преданию жила!

И в слезах, прождав немало

Чтобы кто помог ей встать,

В огорченьи страшном стала

Дама ручками махать.

И на зов прекрасных ручек

К ней со всех пустившись ног,

Некий гвардии поручик

Мигом даме встать помог

Что же дальше? Ах, избавьте!

Неизвестен нам финал.

Мы не видели... — Представьте,

Нам... туман... там помешал...

Мы одно сказать лишь можем:

Был поручик очень мил!..

И затем, одним прохожим

Поцелуй услышан был.

Другие цитаты по теме

Букет от «Эйлерса!»... Вы слышите мотив

Двух этих слов, увы, так отзвеневших скоро?..

Букет от «Эйлерса,» — того, что супротив

Многоколонного Казанского собора!..

И помню я: еще совсем не так давно, -

Ты помнишь, мой букет? — как в белом-белом зале

На тумбочке резной у старого панно

Стоял ты в хрустале на Крюковом канале?

Сверкала на окне узоров льдистых вязь,

Звенел гул санного искрящегося бега,

И падал весело декабрьский снег, кружась!

Букет от «Эйлерса» ведь не боялся снега!..

Но в три дня над Невой столетье пронеслось!

Теперь не до цветов! И от всего букета,

Как срезанная прядь от дорогих волос,

Остался лишь цветок засушенный вот этот!..

Букет от «Эйлерса» давно уже засох!..

И для меня теперь в рыдающем изгнаньи

В засушенном цветке дрожит последний вздох

Санкт-петербургских дней, растаявших в тумане!

... Мужчины и женщины просто не ладят.

Я всё время слышу, что женщины говорят: «Галантность мертва». Понимаете? Будто мужчины больше не джентльмены? Всё верно. Галантность мертва. И убили её — женщины.

Галантность погибла, потому что феминистки задурили голову женщинам, через женские журналы, которые сводят их с ума... Ведь женщины получают слишком много советов о мужчинах от других женщин и они понятия не имеют о чём говорят.

И затем, журналы обманывают женщин, журналы угнетают вашу самоуверенность, с каждой страницей вы чувствуете себя всё толще, и страшнее, вам кажется, что ваша одежда недостаточно хороша, из-за журналов вы забываете, как вы на самом деле красивы.

Вот и получается, смотрите что получается. Когда вы забываете, как вы красивы на самом деле, мы все страдаем.

Если вы забыли об этом, то ваше самоуважение падает, и вы отдаётесь слишком быстро, слишком легко. Я просто честен с вами. Я это так, к слову. Слишком быстро. По новостям: «Сегодня, женщина снова подешевела» , «Золото подорожало на десять пунктов»...

Вы видите, так все запутано, вот вам пример на практике:

допустим, вы отдыхаете, со своими друзьями, в клубе, баре, заходит девушка, и черт, она хорошо выглядит. Хорошо не в том обычном смысле, я имею в виду, что из под юбки видно часть попки, ее сиськи сжаты выпирая из декольте чуть ли не до шеи. Вы с приятелями, выпили по пиву, почему бы с ней не поговорить, вы ведь не скажете: «Блин, шикарные сиськи!» Девушка возмутится: «минуточку, минуточку! То, что я так одета, еще не значит, что я шлюха!»

И это правда. Господа, так и есть, то что они так одеваются, еще не значит, что они такие, никогда этого не забывайте, но дамы, вы должны понять: это вводит в гребаное заблуждение. Это все равно, что я, комедиант Дэйв Шапелл, ходил бы по улицам в полицейской униформе. Кто-то может подбежать ко мне:» слава богу, офицер, помогите нам, давайте, они там, помогите!» А я отвечаю: «О, то, что я так одет еще не значит, что я полицейский!» Понимаете о чем я? Ладно, женщина, хорошо, хорошо. Ты не шлюха. Но ты в униформе шлюхи, скажу я тебе. Недоразумения могут случится, уж извини.

В моем изгнаньи бесконечном

Я видел все, чем мир дивит:

От башни Эйфеля до вечных

Легендо-звонных пирамид!..

И вот «на ты» я с целым миром!

И, оглядевши все вокруг,

Пишу расплавленным ампиром

На диске солнца: «Петербург».

В Париж! В Париж! Как странно-сладко

Ты, сердце, в этот миг стучишь!..

Прощайте, невские туманы,

Нева и Петр! — В Париж! В Париж!

Там — дым вceмиpногo угара,

Rue de la Paix, Grande Opera,

Вином залитые бульвары

И — карнавалы до утра!

Париж — любовная химера!

Все пало пред тобой уже!

Париж Бальзака и Бодлера,

Париж Дюма и Беранже!

Париж кокоток и абсента,

Париж застывших Луврских ниш,

Париж Коммуны и Конвента

И — всех Людовиков Париж!

Париж бурлящего Монмартра,

Париж Верленовских стихов,

Париж штандартов Бонапарта,

Париж семнадцати веков!

Когда автобус подошел, я держал зеленую кнопку на двери все то время, что дамочка загружала коляску, но вместо «спасибо» она только недоверчиво на меня покосилась, и пришлось мне самому порадоваться своей галантности и гражданской доблести.

Знайте: как-то, когда-то и где-то

Одинокий поэт жил да был…

И всю жизнь свою, как все поэты,

Он писал, пил вино и любил.

Обогнавши Богатство и Славу,

Смерть пришла и сказала ему:

— Ты поэт и бессмертен!.. И право,

Как мне быть, я никак не пойму?!

Улыбаясь, развёл он руками

И с поклоном промолвил в ответ:

— В жизни я не отказывал даме!

Вашу руку!.. И умер поэт.

Ах, я устала, так что даже

Ушла, покинув царский бал!..

Сам Император в Эрмитаже

Со мной сегодня танцевал!

И мне до сей поры все мнится:

Блеск императорских погон,

И комплимент Императрицы.

И Цесаревича поклон.

Ах, как мелькали там мундиры!

(Знай только головы кружи!)

Кавалергарды, кирасиры,

И камергеры, и пажи!

Кулебяка «Доминика»,

Пирожок из «Квисисаны»,

«Соловьевский» бутерброд...

Вот триптих немного дикий,

Вот триптих немного странный,

Так и прыгающий в рот!..

Каждый полдень, хмуря лики,

Предо мною из тумана

Трое призраков встает:

— Кулебяка «Доминика»,

Пирожок из «Квисисаны»,

«Соловьевский» бутерброд!..

Комплимент художника звучал более чем буднично, ибо, когда неаполитанец заявляет женщине, будь она принцесса или служанка в захудалой харчевне, что, не видя её больше, он-де непременно зачахнет и умрет, он лишь выполняет самые элементарные правила галантности.