С милым рай в шалаше до тех пор, пока не поймешь, что после секса негде даже подмыться.
— Теперь ты капитан? Нынче назначают кого ни попадя!
С милым рай в шалаше до тех пор, пока не поймешь, что после секса негде даже подмыться.
— Я не хотел этого делать, но я возвращаю Вам Ваш карандашик. Карандашик, который Вы дали мне на мой третий день работы. Вы вручили мне его как маленький желтый жезл, как будто говоря: «Джей Ди, ты — молодой я. Ты, Джей Ди, мой ученик. Ты мне как сын, Джей Ди».
— Какой карандашик?
— Ваша задача найти и поймать голубка.
— Проще простого: дайте мне хлеб, большую сеть и молоток.
— Он нужен нам живым!
— Хм... Обойдемся без молотка.
— Перед тем, как я за тебя впишусь... ты ведь никого не убил?
— Да, все живы. Правда, больница не в лучшем состоянии.
— Хорошо. Расскажи, что там с окнами.
— Пара сослуживцев заглянула на мой день рождения. Попробовали спустить меня на верёвке по стене. Не получилось.
— У тебя день рождения?
— Нет. Я же пробирочный, помнишь? Но мы всё равно сфотографировались на память у памятника кроганам.
— На Президиуме?
— Ага. СБЦ озверели, пока добрались до нас. Может, потому что у них машина загорелась. Не помню.
— Почему у них машина загорелась?
— Я в неё запулил бутылкой ринкола. Крепкая штука, вспыхнула тут же.
— ...
— Ребята из СБЦ выпрыгнули сразу. Понял, что машина им не нужна, и забрал. Они её быстро отключили, так что далеко нам уйти не удалось. Разбились вон там. Они нас залили парализующей пеной. Против меня пена не сработала.
— Это почему?
— Потому что я горел. Я ведь в горящую машину сел, если помнишь. Да ладно, Шепард, не тормози!
— Прости. Так как они тебя поймали?
— Проголодался, купил себе лапши.
— Ну, так как тебе пришлась лапша?
— Немного островата.
— Ну я что, виновата? Я тебе телефон давала в пять утра. Мы ж радионщики. а не пиаристы. Вот у меня Иннокентий Бутусов и Иннокентий. святой отец. И оба на четвёрку.
— Откуда у тебя вообще телефон священника?
— Бред. Как вы вообще собирались выступать? Пять раз по десять минут.
— Проповеди. У меня всё с собой. Кадило, молитвенник, Клобук даже есть, парадное облачение...
— А ванна зачем?
— Какая же это ванна, сынок? Это купель. Я и петь могу. Вот у меня даже балалайка есть.
— Бред. Паноптикум. Поп в ванне, играет на балалайке. В купели. Ну рубли, за паноптикум с балалайкой в ванне — это недорого.
— Ага, Жранкель!
— Я, сэр майор!
— Отвечайте, какая ваша любимая команда?
— «Есть», сэр майор!
— Молодец! [обращается к Дранкелю] А ваша?
— «Пить», сэр майор!
— Что? Болваны!
— Сэр, вы должны это увидеть. Трендится что-то новое: хэштег #копынемогутдушитьчерных.
— Да знаем мы что не можем, но мы стараемся! Боже, скажи, что мы работаем над этим!
— Нет, сэр. Подразумевается что нельзя, типа мы расисты и все такое.
— Генри, познакомься, это Дэвид и Мэри Маргарет.
— Вы помогаете маме с расследованием? [шепотом:] Или они сбежали из под залога?
— Нет. Это... Мы знакомы сто лет.
— А где познакомились?
— В Фениксе.
— Здесь.
— Да, в Фениксе. Теперь — мы здесь.
— Я думал, ты жила в Фениксе только в то время? [имеет в виду тюрьму в штате Феникс]
— Да, мы сидели вместе.
— Правда? А вы-то за что?
— Бандитизм. Всякий может оступиться. И главное, вовремя свернуть с кривой дорожки.