Упражнения в прекрасном

В руках [у зрителей] букеты, в букетах записки с телефонами… Но, к сожалению, уже не соотнести букеты с лицами, и поэтому звонить страшно… Начинаю катастрофически начинаю трезветь. Веселье уходит сквозь поры. Остановись веселье! Мне весело, мне весело, мне весело. О! Вот и ресторан. Быстро быстро добежали до длинного стола. Налили «За!» — пьём. Потом разговор о профессии – пьём. Какие мы молодцы, как мы играли, как нас любила публика, как мы любим друг друга – пьём. Принесли горячее – пьём. Закуски остыли и завяли, все курят, мужчины глупо улыбаются. Наступает фаза романтического приключения. Ну, хочется этой фазы! Хочется, хочется. Праздник! А праздник должен к чему-то привести…

Другие цитаты по теме

– Что это у тебя за паузы такие на сцене!?

– Это мотивированная пауза! Я переживаю в ней гамму чувств.

– Да!? А зритель подумал, что антракт и пошёл в буфет коньяк пить!

– Алик, а когда ты заговорил, ты же по полчаса каждое слово рожал! Я уже хотел тебе кесарево сделать! Что, «не знаешь как играть – играй странно»!?

– Это потому что я думаю о смысле слов, а не тараторю их как ты!

– Милый мой, если говорить так вдумчиво, то скоро говорить будет некому! Все уснут или разойдутся!

— Когда выходите на сцену — нужно выносить с собой энергию!

— Сцена — это не спорт!

— Это война! Мы должны выйти и порвать их. Либо мы их, либо они нас.

— Вот кто грозится, уже проиграл, а зритель не туалетная бумага, чтобы его рвали. Единственное, что мы можем дать им, здесь и сейчас, это самих себя, потому что люди приходят смотреть на людей, и не просто на людей, а на личность. Если ты никто, никто не будет на тебя смотреть.

Любовь — дар. Даруется сверху, свыше. Очень важно не стать собственником этого чувства, ведь оно тебе не принадлежит. Это как талант, он ведь тоже не принадлежит художнику. Ты проводник. Ты делишься с людьми тем, что тебе открылось.

— А вы знаете, что актёров не хоронили на церковном кладбище?

— Да потому что хоронить было нечего! Они сгорали на подмостках в адском пламени.

— В ментовке я понял: актёров любят. Это престижная профессия, потому что народу нужно видеть себя на экране.

— Сейчас тебя любят, а через секунду нахер пошлют. Нас любят пока у всех всё хорошо, а когда людям плохо, а скоро всем станет очень плохо, мы должны будем лопнуть как лопаются мыльные пузыри.

Я ненавижу актеров. Они ведут себя на сцене совершенно не похоже на людей.

— У вас миллионы почитателей во всех странах Содружества, десятки наград. А как вы относитесь к своим званиям?

— Я не просила этих званий. Звания я воспринимаю как еще один камень, положенный на твои плечи. Раньше за звания хорошо доплачивали. Сейчас об этом смешно говорить, как и о моей пенсии. Талант — затасканное слово. Сейчас есть фабрики звезд, проект «Народный артист». Это оскорбительно для настоящих артистов, которые добивались званий всей своей жизнью. А сегодня эти звания ничего не стоят. Любовь зрителей купить нельзя.

Когда я встретился с Дэниелом Рэдклиффом и другими актерами, я осознал, что у меня мало актерского опыта. Я боялся выставить себя дураком. Я все время отсиживался в стороне, и меня трясло от нервного напряжения и страха. Я все еще думаю о том, чтобы взять несколько уроков актерского мастерства, но, у меня, кажется, совсем нет времени.

Так уж актер устроен,

Радуясь и скорбя,

Он оставляет в роли

Часть самого себя.

Слезы и смех наш бодрый,

Нашу мечту и боль

Можно назвать работой,

Лучше назвать судьбой.

Главный провал в любом искусстве — это когда ты не вызываешь никаких эмоций. Пусть люди злятся на меня, чем остаются равнодушными.