Узнаёшь место гад? Твори молитву!
— Ну чёрт попутал с этим медведем. Давай вместе жизнь налаживать. Марья, ну полюбил я тебя — свету не вижу.
— Ты-то полюбил, а мою любовь, видно, тот медведь в лесу обломил.
Узнаёшь место гад? Твори молитву!
— Ну чёрт попутал с этим медведем. Давай вместе жизнь налаживать. Марья, ну полюбил я тебя — свету не вижу.
— Ты-то полюбил, а мою любовь, видно, тот медведь в лесу обломил.
— И это ты у нас убил джедая? По мне, так обычная шестёрка.
— Жрачка тут дерьмо. [Втыкает вилку в руку нападающему] Может тебя попробовать?
— Если бы можно было открыть правду королю, я бы давно уже это сделал.
— Так вы знали про дела этой Вуазен?
— Безусловно. Двор — это горнило государства, король не может ни осудить кого-то, ни отправить в немилость без прямых доказательств.
— Они же убивают младенцев!
— Иногда пусть лучше умрут несколько детей, но будут спасены тысячи. Придет время, и я обнародую дело о ядах, поверьте, мадам, о нем заговорят даже за Пиренеями. А пока что, прошу вас, оставьте двор.
— Ни за что! Я женщина и для меня важна жизнь каждого ребенка!
Ты атакуешь их... И убиваешь их... И убиваешь их... И убиваешь их... И убиваешь их... и в какой-то момент ты начинаешь наслаждаться этим.
— О, Андрей Евгеньевич, значит, вы все-таки пытались задушить его подушкой.
— Да ничего этого не было. Кого ты слушаешь. Я ему случайно подушку на голову положил, и потом случайно надавил рукой на подушку. Случайно.