У меня нет возможности находиться в режиме онлайн в виртуальном мире. Я все время в режиме онлайн в реальном мире.
Я не могу просто выйти в торговый центр. Меня напрягает, что я не имею возможности выходить куда-то так часто. Также я уже никогда не буду обычной девушкой... Просто быть какой-то девчонкой — этого больше нет.
Я ненавижу, когда говорят, что мне наплевать на все, потому что я беспокоюсь обо всем больше, чем кто-либо другой.
Проблема в нас самих. Мы думаем, что не заслуживаем лучшего... Может быть, нам лучше прожить жизнь, не ожидая, что за поворотом нас ждем что-то хорошее. Может, тогда бы у нас и было все хорошо, если бы мы ожидали худшего.
Изнутри меня поднимается вопль. Из моего голоса он выходит наружу, в мир — истошный вопль, в котором весь я. Все мои чувства и страхи, раны и боль, воспоминания и одиночество. Это мой вопль по самому себе. По своей слабости.
Я всегда считал себя счастливым человеком, хотя бы потому, что я нашел подходящую для себя политическую теорию, попал в водоворот кубинского политического кризиса и открыл для себя марксизм. Все это — как заблудиться в лесу и вдруг найти карту.
Я знаю, не каждый меня любит, но я такая, какая есть. И если вы меня не любите, что ж...
Мне хотелось захныкать. Не заплакать, а именно захныкать, словно маленькому ребёнку. Плачут от горя, а хнычут — от беспомощности.
Я — националист. Шовинист бы сказал, что мой русский народ самый лучший из всех других. А я как патриот утверждаю: русский народ не хуже других. Но я горжусь, что я русский.
Помню, как разговаривал со своим дедом, когда тому уже перевалило за девяносто. Он часто повторял: «Я все еще учусь жить, мне еще многое предстоит». Он был мудрым человеком, потому что знал, что учиться жить ты должен до последнего вздоха.
Cлайд с цитатой