Мода шествует важно по свету,
Означая, что вовсе исчез
Бескорыстный, живой интерес
К естеству, к первородству, к предмету.
Сочинял я стихи старомодно,
Был безвестен и честен, как вдруг
Стало модно все то, что немодно,
И попал я в сомнительный круг.
Все мои допотопные вьюги,
Рифмы типа «войны» и «страны»
Оказались в сомнительном круге
Молодых знатоков старины.
В юности вам сердце обжигали
Музыка и сотни лучших книг.
А теперь вам говорят: — Отстали!
И понять вам, видимо, едва ли
Модерновой модности язык.
Кто эти «премудрые» гурманы,
Что стремятся всюду поучать?
Кто набил правами их карманы?
И зачем должны мы, как бараны,
Чепуху их всюду повторять?
Везде, во всех классах общества, мужчины и женщины истощали свои умы и сердца и напрягали все силы, чтобы угнаться за призраком моды; из-за этого призрака массы народа прозябали в нищете и молодежь — надежда человечества — предавалась обманчивым иллюзиям.
Люди от природы настолько склонны подчиняться, что с них мало законов, управляющих ими в их слабости, им недостачно повелителей, данных судьбой, — им подавай еще и моду, которая предписывает человеку даже фасон башмаков.
— Как вам ваш новый костюм, Ваше Величество?
— А я не доволен!
— Что случилось?
— А потому, что вы сказали, что такой костюм будет только у меня!
— Но... да, сир.
— Ну, а я вчера был в бане, там — поголовно все в таких костюмах!
— Видите ли, Ваше Величество, стоит придумать что-нибудь оригинальное, как тут же появляются сотни подделок!
Что такое мода? Днем будьте гусеницей, а вечером — бабочкой. Нет ничего удобнее, чем облик гусеницы, и ничей облик не подходит для любви больше, чем облик бабочки.
Cлайд с цитатой