Лично я готов рискнуть собственным благополучием ради развлечения, кстати, вашим тоже.
12.00
Люди, говорящие, что делают что-то для других, в основном делают это для себя.
Джордж Карлин
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойПроще говоря, самое важное для меня — это я. А самое важное для тебя — это ты. Такова природа вещей.
А дальнейшее заключение? Не единичная личность – человек, а мысль, идеал – вот человек, к которому единичная личность относится даже не так, как ребенок к взрослому, а как точка, сделанная мелом, к точке воображаемой, или как конечное создание к вечному творцу, или, наконец, по новейшим воззрениям, как особь к роду. Здесь выступает на первый план культ «человечества», «вечного бессмертного человечества», во имя которого единичная личность должна пожертвовать собой и находить свою «бессмертную славу» в том, чтобы что-либо сделать для «человеческого духа».
Ладно, тогда я сам. Знаешь, что радует лично меня? Слушай. По ночам я люблю погонять по городу на лимузине, отрываться, тусоваться. И вот еду я как-то домой и вижу бомжа. Я такой беру шар с шампанским, швыряю в него и прям в тыкву. Ему чутка в рот попало, но остальное разлетелось. Ему и глотка не досталось, а я такой ору ему: «Ну, как тебе вкус хорошей жизни, говноед?!»
Человек ни к чему не «призван» и не имеет никаких «задач», никаких «назначений», так же точно, как какое-нибудь растение или животное, которое ведь не имеет никаких «призваний». Цветок не следует призванию усовершенствовать себя, а между тем он употребляет все свои силы, чтобы как можно больше насладиться миром и использовать его, то есть он впитывает в себя столько соков из земли, столько лучей солнца, столько воздуха из эфира, сколько может получить и вместить в себя. Птица не живет согласно какому-нибудь призванию, но она пользуется, насколько может, своими силами: она ловит жуков и поет, сколько ей хочется. Но силы цветка и птицы незначительны по сравнению с человеческими силами, и человек, пользующийся своими силами, несравненно могущественнее воздействует на мир, чем растение и животное. Призвания он не имеет, но он имеет силы, проявляющиеся там, где они могут проявиться, ибо ведь их бытие состоит единственно в их проявлении, и они так же мало могут пребывать в бездействии, как и сама жизнь, которая перестала бы быть жизнью, если бы «остановилась» хоть на мгновение.
Целомудрие — разновидность эгоизма, в основе которого лежит все то же физическое желание.
Дом — это то место, где хранится наше барахло в то время, пока мы находимся вне дома, чтобы добыть больше барахла.
Нет ничего благополучного во всех отношениях.
(Ничто не бывает хорошо во всех отношениях.)
Как и тысячи лет назад, человека снедает в первую очередь забота о самом себе, и самый благородный порыв к добру и справедливости порой кажется со стороны по меньшей мере чудачеством, если не совершенно дремучей глупостью.