— Я как мафрум — жесткий и очень колючий снаружи, но мягкий и податливый внутри.
— Ты не похож на мафрум совершенно! Ты скорее лук — внешний слой совсем говнюк, и когда снимаешь его, под ним оказывается еще десять слоев говнюка.
Мне нравится, когда женщины получают образование. Это всё равно, что надеть на обезьян ролики — им все равно, а мы умиляемся.
— Если конституцию подпишут, появится свободная пресса, бабы за рулем, гражданские права!
— Что за гражданские права?
— Потом объясню... Обхохочешься!
Да ведь бабьи-то суды
Про мужчин всегда худы!
Ты в себе не сумлевайся,
Ты любовник хоть куды!
Гордый профиль, твердый шаг,
Со спины — дак чистый шах!
Только сдвинь корону набок,
Чтоб не висла на ушах!..
— Сколько пальцев я показываю?
— Четыре?
— Скажи два.
— Два?
— Отлично, вставай. Давай. Вали на поле. И захвати клюшку.
— Думаю, мне стоило взять их всех в настоящий поход в стиле Беара Гриллза. Научить выживанию любой ценой в дикой природе.
— Зачем это им?
— А если «Голодные Игры» станут реальностью?
— Посмотрим, как ты посмеешься, когда Йинь убьет одного из твоих детей стрелой!
— Постой-ка, постой-ка, Черчилль. Русские были нашими союзниками. А теперь, говоришь, у нас война с ними?
— Это холодная война.
— Холодная? А летом они в отпуск уходят?
— Мне нужно найти ключ.
— О, давайте я открою шпилькой? Я очень хорошо это делаю.
— Многоуровнево-кодировочный временной интерфейс. Такой так просто не поддастся острым предметам.
— Открыла.
— Так, внезапно 900 лет путешествий во времени стали казаться менее безопасными.
Cлайд с цитатой