— Вот видите! — победоносно восклицает Лист, — Ференц Лист всё же может быть вами, когда захочет, но можете ли вы быть Ференцем Листом?
— Нет, — отвечаю я, подумав, — я могу быть только собой.
— Вот видите! — победоносно восклицает Лист, — Ференц Лист всё же может быть вами, когда захочет, но можете ли вы быть Ференцем Листом?
— Нет, — отвечаю я, подумав, — я могу быть только собой.
Зачем вы читаете всё, что должны прочитать? Зачем вы думаете обо всём, о чём должны подумать? Зачем покупаете всё, что преподносится вам как необходимое? Немедленно прекратите онанировать на вещи! Бросайте свою грёбаную работу! Развяжите где-нибудь драку! Набейте морду вот этому гаишнику! Докажите, что вы живые, трам-тарарам! Если вы не заявите права на свою человечность прямо сейчас, то превратитесь в цифры в статических отчётах! Ты — это не твой счёт в банке! Ты — не место, где работаешь! Ты – не марка машины, которую водишь! Ты — не содержимое бумажника! Ты — не цвет хаки, что на тебе надет!
Может, я и мрачен, и тревожен, и невыносим порой, но это я. И только такой я вам всем и нужен.
И когда вас посещает мысль типа «я никогда не смогу этого сделать», спросите себя: «А кому пришла в голову эта мысль?». И вы, конечно же, уже готовы ответить: «Как кому? Мне», — но кто такой «вы»? Если вы возьмете за точку отсчета хотя бы свое тело, то обнаружите, что оно — не что иное, как собрание клеток, клетки — собрание молекул, молекулы — собрание элементарных частиц, а элементарные частицы, сталкиваясь друг с другом, аннигилируют в пустоту, как будто бы их и не было никогда. И ответьте мне, где хранится ваша пресловутая материальность? Ваша личность. Ваше «я».
Я обращаюсь к вам, священные воины новой жизни! Действительно ли мы уверены в правильности того, что делаем? Никто не вправе решать за других, ради чего они должны жить, — потому что в лучших из нас есть то, что стоит над всеми государствами и коллективами. Я говорю о разуме человека и его ценностях. Вглядитесь я себя бесстрашно и честно, но ни мне, ни кому другому ничего не говорите, просто-напросто задайте себе один вопрос: «Для чего я живу?» Признайтесь, что вы живете только для себя. Называйте это целью, любовью, делом, идеалом, наконец. Но все эти цели и идеалы — ваши, лично ваши, и ничьи другие. Каждого честного человека можно назвать эгоистом. Тот, кто живет не для самого себя, — вообще не живет. Вы не сможете изменить этого, потому что с самого рождения единственной и совершенной целью для человека является он сам. Ни законы, ни партия, ни ГПУ никогда не смогут подавить в человеке его собственное «я». Вам не удастся поработить человеческий разум, вы только разрушите его. Вы уже сделали попытку и посмотрите, что получилось. Взгляните на тех, кого вы породили, кому позволили восторжествовать. Отбросьте самое лучшее, что есть в человеке, — и вы увидите, что останется. Неужели нам нужны искалеченные и обезображивающие других пресмыкающиеся уроды?
Сегодня — я настоящая. И я думаю, что это гораздо более здоровое мышление. Просто принимайте людей такими, какие они есть и цените их.
– Вам не приходит в голову, – продолжал он, – что мы идем в эту минуту среди семи миллионов людей, и каждый из них живет своей личной, обособленной от всех жизнью, и каждому из них в высокой степени наплевать на всех нас? Семь миллионов человеческих личностей, каждая из которых считает себя столь же значительной, как любой из нас. Из них несколько миллионов сейчас спят в отравленной атмосфере. Сотни тысяч пар в эту минуту предаются взаимным ласкам, которые слишком отвратительны, чтобы их описывать, но ничем не отличаются от тех, которыми каждый из нас восторженно, страстно и красиво выражает свою любовь. Тысячи женщин мучаются в родовых схватках, и тысячи особей обоего пола умирают от самых разнообразных и удивительных болезней или попросту оттого, что они зажились на свете. Тысячи пьяных, тысячи обожравшихся, тысячи полуголодных. И все они живы, все они неповторимы, индивидуальны, чувствительны, как мы с вами. Ужасная мысль! Эх, взять бы да завести их всех в большую яму со сколопендрами!
Был он воин и мистик, чудовище и святой, лис и сама воплощённая невинность, меньше, чем бог, но больше, чем человек.