Однажды Александр сказал мне:
— Мы наиболее одиноки в окружении мифов.
Однажды Александр сказал мне:
— Мы наиболее одиноки в окружении мифов.
Александрия, Египет Нашего мира больше нет.
Империя пала под натиском войн.
Остался лишь я, хранитель его тела, забальзамированного здесь по египетскому обычаю. Я унаследовал у него египетский трон и правлю вот уже 40 лет. Я триумфатор. Но какое значение это имеет теперь, когда не осталось ни одного человека, который помнил бы блестящий прорыв конницы у Гавгамелы? Или горы Гиндукуша, через которые мы провели стотысячное войско и вошли в Индию? Он был богом, Кадм.
Или человеком, которому удалось близко приблизиться к богам. «Тиран», кричат они так легко. А я смеюсь. Ни один тиран никогда не давал людям так много, как он. Да и что они знают о нашем мире? Они же еще ученики. Власть дается сильным. Но Александр был не просто силен. Он был Прометеем, желавшим добра всему человечеству. И он изменил мир. До него были племена, а после него стало возможным все. Люди вдруг поняли, что миром может править один царь, и так будет лучше для всех. Он построил 18 великих Александрий.
Он создал настоящую империю, и не из земли и золота. Эта империя жила в людских умах. Эллинская цивилизация. Открытая для всех. Но как рассказать о ней? И какими словами описать ощущения, когда ты молод, когда живешь великими мечтами? Александр смотрит тебе в глаза, и тебе кажется, что ты можешь все. Все что угодно! Когда он был рядом, нам покровительствовал Аполлон, и мы были способны превзойти самих себя! Право же, в своей жизни я повидал немало великих людей, но лишь один из них был истинным колоссом. И только теперь, постарев, я вижу подлинное величие человека, вобравшего в себя всю силу мира. Или все-таки нет? А существовал ли в действительности такой человек, как Александр? Разумеется, нет! Мы творим из него кумира, делаем его лучше, чем он был на самом деле. Люди взлетают и падают. Взлетают и падают.
Почему бы человеку и не поговорить самому с собой на исходе трудового дня, стоя в полном одиночестве над плещущими волнами? Нет более понимающего собеседника, чем ты сам.
Время от времени одиночество необходимо, но я не забываю, что сказал Стендаль: «Одиночество дает всё, кроме характера». И я не путаю вечерок в одиночестве, за чашкой чая и с хорошими пластинками, с настоящим одиночеством. Тем, которое всем знакомо, от которого не уйти и которое отнюдь не роскошь. Мы рождаемся одни и умираем одни. А в промежутке пытаемся быть не слишком одинокими. Я глубоко убеждена, что все мы в душе одиноки и от этого глубоко несчастны.
Ваша жизнь, должно быть, наполнена невероятным одиночеством, если единственную радость вы получаете, разрушая счастье других.
Одна из проблем одиночек — некому застегнуть платье.
(Ещё один минус холостой жизни — не всегда рядом есть кто-то, кто может сорвать с вас одежду).
Болетта удержала её:
— Ты крестилась. Я видела.
Пра отдёрнула руку:
— Перекрестилась, и что? Старая ведьма осеняет себя крестом! Это так важно?
Старуха снова перекрестилась.
— Бесед мы с ним давно не ведём. Но изредка я нет-нет, да и подам ему знак рукой. Чтобы он не чувствовал себя одиноко.
Вы не верьте, что живу я как в раю,
И обходит стороной меня беда,
Точно так же я под вечер устаю,
И грущу и реву иногда.
Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет.
Имя матери? Я дитя улиц, брат.
Дитя, у которого не взлетает воздушный змей.
Дитя, что забывается во сне.
Дитя, что играет со сказочными героями.
Это я и есть.
У меня должна была быть мать.
Брат, какое на вкус материнское молоко?
Как мамы ласкают своих детей?
Кто знает, как пахнет мама?
Мама...
Ты сможешь нарисовать для меня маму?
Маму... для дитя, что замерзает в холоде и темноте.
Маму... для забытого испуганного дитя.
И рядом меня нарисуешь, брат.
Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет.
Тебя душило одиночество, когда ты осознавал, что у тебя никого нет?
У меня еще и отец должен был быть.
Одолжи мне свои сны, брат.
Я бесплатно почищу твою обувь.
Мне... свои сны. Сны, брат.
Не бери в голову.
Я дитя улиц, брат.
Дитя, у которого не взлетает воздушный змей.
Дитя, что забывается во сне.
Дитя, что играет со сказочными героями.
Это я и есть.
Sayfa no — нет. Cilt no — нет. Hane no — нет.