Никто не заслуживает жалости большей, чем человек, который хочет быть кем-то другим, а не тем, кем он является физически и ментально.
Люди всегда находят причину пожалеть в первую очередь себя, любимого, а не другого человека, которому может быть несоизмеримо тяжелее...
Хадасса прикоснулась к нему, отвлекая его от мучительных размышлений.
— Не надо ненавидеть Юлию за то, что она натворила, Атрет. Она заблудилась на своих путях.
— Я только одно знаю: если не найти это что-то свое, так и останешься обычным человеком. И не важно, идет ли речь о произведении искусства или о паре носков, главное — сотворить что-то новое. Тогда вот оно — ты и твое творение в реальном мире, его можно увидеть, прочитать, услышать, почувствовать. Тогда ты сам узнаешь чуть больше о себе, чем знают о тебе остальные. Ты меня понял?
— Да, ты собираешься в будущем разрисовывать носки...
Способность мыслить позволяет человеку — и заставляет его — осознать себя как индивидуальное существо, отдельное от природы и от остальных людей.
Люди порой опасаются, что, если они примут данность смерти и станут размышлять о ней, то сделаются от этого психически нездоровыми или утратят способность наслаждаться удовольствиями, которые предлагает им жизнь. Но, как это не удивительно, все происходит с точностью до наоборот. Отрицание смерти делает нас напряженными, а принятие этой данности несет покой. С оглядкой на смерть нам легче осознать то, что для нас действительно важно в жизни. Например, быть добрым и любить других, быть честным и неэгоистичным. Осознав это, мы направляем свою энергию именно на такие действия и избегаем поступков, которые заставили бы нас перед лицом смерти испытывать сожаления и страх.
Даже во взглядах сочувствия и жалости отражается обычный нарциссизм. Жалость и сочувствие позволяют смотреть на человека сверху вниз. А жалея самого себя, ты сам себя и унижаешь. И то, и другое мерзко и отвратительно.
Но есть и нечто более объективное, чем сочувствие и жалость.
Только буквально уткнувшись носом, я это понял.
Я просто не хочу, чтобы кто-то страдал.
И это совсем иное чувство, нежели жалость или сочувствие.
Когда мужчина в дорогом пальто и в шляпе плачет, любому бюрократу становится страшно.
Одно из самых захватывающих зрелищ на свете — смотреть, как работает Мастер, и не суть важно, чем именно он занимается. Пишет картину, рубит мясо, чистит ботинки — не имеет значения. Когда человек выполняет дело, ради которого родился на свет, он великолепен.
Cлайд с цитатой