«Лицом к деревне» -
заданье дано, -
за гусли,
поэты-други!
Поймите ж —
лицо у меня
одно —
оно лицо, а не флюгер.
«Лицом к деревне» -
заданье дано, -
за гусли,
поэты-други!
Поймите ж —
лицо у меня
одно —
оно лицо, а не флюгер.
Англичане во всём мире известны отсутствием совести в политике. Они знатоки искусства прятать свои преступления за фасадом приличия. Так они поступали веками, и это настолько стало частью их натуры, что они сами больше не замечают этой черты. Они действуют с таким благонравным выражением и такой абсолютной серьёзностью, что убеждают даже самих себя, что они служат примером политической невинности. Они не признаются себе в своём лицемерии. Никогда один англичанин не подмигнёт другому и не скажет: «Но мы понимаем, что имеем в виду». Они не только ведут себя как образец чистоты и непорочности — они себе верят. Это и смешно, и опасно.
Ни один диктатор не обладает ясным логичным умом. У диктатора есть внутренний импульс, сила, магнетизм, обаяние, но, если повнимательней разобраться в его словах, увидишь, ум у него заурядный. Он может действовать, потому что им движет инстинкт, но стоит ему задуматься, и он сразу запутается.
Добро и зло. Нет ничего глупее.
Когда ты пытаешься лишь выжить, эти понятия неизменно смешиваются.
Украсть кусок хлеба, чтобы не умереть с голода — зло? Чушь. Тогда зло и вы сами.
Причины есть у всех. Но победители и благоденствующие неизменно облекают себя в мантию добра.
Нет ни добра, ни зла, скажу я вам. Есть лишь маски людского лицемерия.
Когда религия и политика идут в одной упряжке, те, кто ею правит, верят в то, что никто не может стать на их пути. Их скачка становится все более безрассудной: быстрее, быстрее и быстрее! Они отбрасывают все мысли о возможных препятствиях и забывают о том, что человек, ослепленный скоростью, видит обрыв лишь тогда, когда уже поздно что-либо сделать.
Грядущие люди!
Кто вы?
Вот — я,
весь
боль и ушиб.
Вам завещаю я сад фруктовый
моей великой души.
По своей природе любой политик – это просто телепередача. Ну, посадим мы перед камерой живого человека. Все равно ему речи будет писать команда спичрайтеров, пиджаки выбирать – группа стилистов, а решения принимать – Межбанковский комитет.
— Дипломатов из-за денег не убивают. Это политическое убийство. Я думаю, оно связано с ситуацией на Балканах.
— А шо там такое?
— Вы газеты-то читаете?
— Редко...