У старости есть свои плюсы — перестаешь удивляться.
— Хаул, зачем ты послал меня к Саллиман, если ты сам явился?
— Я пришёл только потому, что ты была там, Софи. Разве я смог бы отправиться туда в одиночку? Это ты спасла меня.
У старости есть свои плюсы — перестаешь удивляться.
— Хаул, зачем ты послал меня к Саллиман, если ты сам явился?
— Я пришёл только потому, что ты была там, Софи. Разве я смог бы отправиться туда в одиночку? Это ты спасла меня.
Вдаль не вижу, вблизи как безрукая,
Не то дальнозоркая, не то близорукая.
И слух стал немного ниже,
Пошлют подальше, иду поближе.
Его издавна восхищало и удивляло, какими неисповедимо таинственными путями идут человеческие судьбы.
Жизнь любого живого существа обычно заканчивается, когда его съедают. Любого — но не человека. Мы единственные, кто может себе позволить умереть в постели от старости.
Время — это какой-то сумасшедший косметический хирург, который злорадно лепит из молодого прекрасного лица обрюзгшую ряху.
Навести чистоту в вашем доме мне по силам, однако очистить вас от скверны я не могу.
В старости не поспеваешь за торопливой новизной, которая кажется лавиной нелепостей и ошибок, и хочется чего-то давнего, знакомого, привычного.
— Ух ты, я постарел! Хорошо, что не облысел окончательно… А что это на мне?
— Это антирадиационный костюм.
— Ах да, конечно! Последствия глобальной ядерной войны.