Вернись из августа ко мне,
Прийди слегка сутуля плечи.
И с сожаленьем вновь скажи,
Что остаешься лишь на вечер.
Сойди из золотой листвы,
Со снимка из цветного фото.
Лица забытого черты,
А рядом незнакомый кто-то...
Вернись из августа ко мне,
Прийди слегка сутуля плечи.
И с сожаленьем вновь скажи,
Что остаешься лишь на вечер.
Сойди из золотой листвы,
Со снимка из цветного фото.
Лица забытого черты,
А рядом незнакомый кто-то...
Вот когда мы бухали, плакали или грызлись —
Выделялось какое-то жизненно важное вещество.
Нам казалось, что это кризис.
На деле, кризис —
Это ни страдать, ни ссориться, ничего.
Ты на самом деле клевая девчонка, если б я тебя встретил в другом месте. А здесь без разницы, хорошая ты или сволочь. Здесь вон каждый сам за себя.
Для того, чтобы узнать о человеке правду, надо максимально к нему приблизиться, а это практически невозможно.
Женщины часто сами не понимают, чего хотят в определенный момент. По своей сути они существа нерешительные. Высший пилотаж – сделать так, чтобы женщине понравилось, и она не сомневалась, что хотела именно этого. Не спрашивать ее, взять и сделать самому.
Отравляющие отношения забирают огромное количество энергии. Напряженность и конфликты истощают силы, доброе отношение и предоставленная возможность быть собой — воодушевляют и наполняют энергией.
Я рассмотрел возможности трех умных возражений на его одну реплику, но пришёл к выводу, что не стоит беспокойства.
Я от души желаю всем быть внутри семьи! Семьи настоящей, не придуманной, из мяса и крови всех сопричастных.
Для любого человека семья — это самое важное, что может быть в жизни.
Бывают разные дни, мы оказываемся внутри тяжёлых испытаний, земля уходит из-под ног... Семья. Только она рядом с тобой всегда. Даже когда ты в полной невесомости и отрыве от реальности.
Судьба расставляет фигуры, крапит карты, стреляет в упор и в спину. А мы бежим, каждый по своему замкнутому кругу, надеясь, что именно у нашей сказки окажется счастливый конец. Но моя женщина спит рядом со мной, бросив недочитанный журнал на тумбочку возле кровати, и беззащитным ребенком прижимает к себе пушистое одеяло. А утром она проснется, потянется солнечной кошкой возле открытого окна и улыбнется мне. И глядя в нее, больше всего мне хочется, чтобы вопреки всем законам жанра, исключением из всех существующих правил у нашей общей сказки, сказки о женщине, сказки о любви, не было конца.
Мы оба были покрыты эмоциональными нарывами изнутри. Каждый орган отдавал пульсирующей болью. Вначале отношений предпринимались попытки помочь друг другу ее унять, вылечить, но потом каждый из нас с остервенением ковырял чужие раны, пока они не начали кровоточить. Жертва и агрессор снова были в своей стихии, срывая аплодисменты. И за всем этим действом наблюдала голодная до зрелищ публика нашего района.