Трудно будет твоему сынишке пойти по стопам отца: следы-то на Луне.
Эта лунная ночь!
Не забыть мне скользящие блики
в волнах Удзи-реки,
шёпот нежный, чуть различимый:
«Ах, не спи же, любуйся ночью!..»
Трудно будет твоему сынишке пойти по стопам отца: следы-то на Луне.
Эта лунная ночь!
Не забыть мне скользящие блики
в волнах Удзи-реки,
шёпот нежный, чуть различимый:
«Ах, не спи же, любуйся ночью!..»
В небе, пока ещё тёмном, поблескивает тоненький месяц. С точки зрения огромного мегаполиса, просто удивительно, как такое сокровище болтается всем на обозрение совершенно бесплатно.
Луна за окном насмешливо кривилась, посылая ему свою издевку через пустоту четырехсот тысяч километров. Федор Иванович добродушно ухмыльнулся ей в ответ.
Хотя я постепенно преодолевал благоговейный страх перед строениями, преобладающими здесь, в Блуте, это местечко меня пугало. Я видывал менее прочные на вид горы!
Как известно, кочевые племена шли на Европу за новыми впечатлениями и свежими женщинами. Трудно осуждать за это дикие орды. Ну какие развлечения в степях – пустошь да тоска кругом. А дамского населения и вовсе недостача. Где, скажите, найти в степи хоть какую-нибудь барышню, не то что хорошенькую? Кобылы, телки да ковыль. Так что кочевников гнала с насиженных пастбищ не историческая миссия, а чисто практическая задача: развлечься пожарищами завоеванных городов, заодно присмотрев себе двух-трех жен или рабынь.
Но вот какая зараза обращает городских жителей в толпы странников и гонит на дачу – науке неизвестно.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Я не употребляю наркотики. Мне это уже не нужно. Я постарел, и если мне теперь нужен приход, нужно просто неожиданно встать со стула.
Хотя немного жаль, что пропадает такая красота. Так что сперва отдайте платье, дорогуша.