– И как ты сказала тебя зовут?
– Елена.
– Елена. Немного скучное имя, не считаешь? Тебе надо сменить его. На что-нибудь достойное, стильное, с таким оттенком романтизма. Например, Валентайн.
– А как тебя зовут?
– Валентайн.
– И как ты сказала тебя зовут?
– Елена.
– Елена. Немного скучное имя, не считаешь? Тебе надо сменить его. На что-нибудь достойное, стильное, с таким оттенком романтизма. Например, Валентайн.
– А как тебя зовут?
– Валентайн.
– Что она имела в виду? Думай!
– Думаю, это беспредельный бред необъятного разума. Большая голова не обязательно умная.
– Что ходит на четырех ногах утром, на двух днем, на трех вечером?
– Уильям – цирковой пес.
– Нет. Правильный ответ – человек.
– Не-а, не правда. Это Уильям, я видела. Он был на четырех лапах утром, на двух во время дневного шоу, а вечером хромал на трех, потому что ушиб четвертую. А еще он на скейтборде катается!
– Ты не пройдешь, пока не скажешь ответ на свою предыдущую загадку.
– Загадку?
– Что такое зеленое, висит на стене и свистит. Помнишь?
– А, да. Так ты сдаешься?
– Вроде того. Но не совсем. Но если ты скажешь, я сразу догадаюсь.
– Это селедка.
– Но она же не зеленая!
– Будет, если покрасишь.
– Но она не весит на стене!
– Можно прибить к стене.
– Но она же не свистит!
– Это я добавила, чтобы не было слишком очевидно.
– Наверно когда начинаешь копаться у себя в голове, снятся такие сны.
– Это не твой сон мам. Он мой.
– Вот так, как правило, и говорят во снах.
Не спрашивай, как тебе называть меня. Имя лишь случайный штрих, привычная пустота звуков на губах. Не спрашивай, как тебе называть меня, придумай мне имя. Смешай случайный блеск глаз с падающим за окном снегом, добавь поющее тепло между нами и мягкость первых слов. Наложи оттенки собственных мыслей, раскрась огромным размахом чувств, таким свойственным тебе. Придумай мне имя, которое для тебя будет значить что-то большее, чем условность пропечатанных букв. Которое будет значить что-то только для тебя. Придумай мне имя, в котором только ты увидишь мой усталый взгляд сквозь дым сигареты, наши улыбки на расстоянии одного выдоха, первый, ещё неуверенный поцелуй, соприкосновение душ в череде холодных дней. В котором ты прочтешь историю одной жизни, такой, какой ты видишь её. Придумай мне имя, только ты, и оно станет по-настоящему, всерьез, до надрыва глупого сердца, до легкой дрожи касающихся твоей кожи пальцев моим.
Знай она, что его зовут мистер Бобо, обращалась бы к нему исключительно по имени. Не так уж часто выдается возможность безнаказанно называть человека «мистер Бобо».
— Собирайся!
— Я просил сводить меня в бар для геев? Сейчас? Или раньше?
— Это ковбойский бар! Пошли! Отмутузим старых ковбоев... или трахнем... Если это устранит твои комплексы.
— Мы придумаем ребёнку новое имя. Знаете, я недавно читала книгу — «Мифы Древней Греции». И там мне попалось одно очень хорошее имя — Ясон.
— Это нам не годится!
— Почему?
— Мы не можем портить чужую жизнь! Ну, подумайте сами, куда он потом с таким именем?! Ясон!