Будь проклято любое сообщество душ, карающее добродетель как слабость, наполняющее жизнь цинизмом и порочностью, отдающее им предпочтение перед знанием и еще большей добродетелью.
Я подумал о матери. Я презирал ее за слабость. Как могла она позволить этому жалкому существу сотворить с ней такое? Как посмела не отбиться от него?
Вот уж сборище недоумков. Я думал, только мне не повезло с компанией, но всегда есть кто-то, кому еще хуже.
Ты смотришь на него и думаешь, в каких жутких уродов добровольно превращают себя люди.
А ведь было время, когда мы умели не распространять ненависть и презрение друг на друга. Определенно было.
Мне иногда трудно переключиться. Все дело в том, что, будучи полицейским, привыкаешь видеть вещи под определенным углом: выискиваешь то, что не так, обращаешь внимание на то, как люди себя ведут, становишься подозрительным. Ничего не могу с собой поделать, меня так и тянет устроить им проверку. Вот это ее и задевало: то, что я задавал вопросы ее родственникам. А получалось как-то само по себе, я и сам не замечал, что проверяю их. Не в силах выйти из роли, не в силах переключиться. Ты просто не можешь по-другому, вот в чем загвоздка, Роббо.
— Равенство — это полная чушь.
— Как вы можете говорить такое?
— Легко. Это философский вопрос. Я верю в оправданное неравенство. Пример: весь тот мусор, который мы убираем. Преступники. Педофилы. Они не равны мне. Ни в коем случае.
Расчетливы только добрые поступки, рассудителен только тот, кто добр, и ровно постольку, насколько он добр.
Вселенной неведомо понятие добра и зла. Беря за точку отсчёта мораль различных социальных групп людей, мы получим результаты столь разные, что критерии будут утрачены полностью.
Cлайд с цитатой