Копоть от машин, белой ночью город стих.
Если ты собрался к нам — только погостить.
Тут разводятся мосты, по два якоря в гербах,
Тут семьдесят восемь причин любить этот град Петра.
Копоть от машин, белой ночью город стих.
Если ты собрался к нам — только погостить.
Тут разводятся мосты, по два якоря в гербах,
Тут семьдесят восемь причин любить этот град Петра.
Посмотрите, посмотрите,
Вот задумался о чем-то
Незнакомец в альмавиве,
Опершись на парапет...
С Петропавловской твердыни
Бьют петровские куранты,
Вызывая из могилы
Беспокойных мертвецов!
И тотчас же возле арки,
Там, где Зимняя Канавка,
Белый призрак Белой Дамы
Белым облаком сошел. . .
Зазвенели где-то шпоры,
И по мертвому граниту
К мертвой даме на свиданье
Мчится мертвый офицер! . .
— «Герман?! «-»Лиза?..» И, тотчас же,
Оторвавшись от гранита,
Незнакомец в альмавиве
Гордый профиль повернул.
— Александр Сергеич, вы ли,
Вы ли это?... Тот, чье Имя
Я в своих стихах не смею
До конца произнести?!
Белой, мертвой странной ночью,
Наклонившись над Невою,
Вспоминает о минувшем
Странный город Петербург...
У меня точно свидание с Петербургом. Он держит меня за руку и дарит свою удивительную любовь: строчки из композиции как нежные признания, затяжки как поцелуи, тёплый свет солнца как обещание быть вместе навсегда... Я чувствую себя любимой, но я одна.
Люблю я город над рекой.
Люблю его, Петра творенье!
Он для меня один, родной:
С моей судьбой – одно сплетенье.
Я приеду гостить: как же можно без странствий?!
Обойду целый мир! И обратно вернусь.
Нет второго такого же места в пространстве.
Я люблю Петербург. Я опять остаюсь.
У тебя есть мечта, она крепка, как камень,
Ты не позволишь никому ее топтать ногами.
Но я отвечу от лица всей остальной планеты,
Здесь на твою мечту сс*ли.
Будучи на Невском, ты увидишь, вдруг,
Что проспект стал домом для друзей и подруг.
Чем вам просто слушать наш рассказ,
Лучше постарайтесь побывать у нас ещё pаз.
— По ощущениям гомиков больше в Питере или Москве?
— Слушаете, я как бы свечку не держал. Что касается гомиков, то даже не очень интересно, а вот говнюков везде хватает.
Что я ушёл в отпуск — поймёшь по могильной плите:
Меня бьют волны Стикса, и я плыву по реке.
Кружатся над яхтами стайки белых чаек,
Ветер переменчивый вьётся над Невой.
Город мой – особенный, это каждый знает!
Каждый, кто знакомится, Петербург, с тобой.
Здесь живут мечтатели, грустные философы,
Все чуть-чуть простужены, вечно влюблены.
Говорят загадками, притчами, вопросами,
Черпают энергию ветра и луны.