Ничто так не бодрит перед битвой, как хорошее проклятие.
— Круто.
— Твой энтузиазм можно потыкать палочкой.
Ничто так не бодрит перед битвой, как хорошее проклятие.
Потом Абигайль шагнула внутрь гаража. Осторожно, медленно, озираясь по сторонам. Заглянула за дверь... И получила лопатой по голове.
... проклятия – выдумка. Может быть, есть везенье и невезенье. Один день чуть удачней, другой – наоборот. А вот проклятий не бывает.
Его пальцы всегда поражали меня. Они могли сломать человеку шею, бережно забинтовать рану и очень чувственно скользить по голой коже.
Будь ты проклят небом, Богом, землей, птицами, рыбами, людьми, морями, воздухом!
Чтоб на твою голову одни несчастья сыпались!
Чтоб ты, кроме возмездия, ничего не видел!
Чтоб ты жизнь свою в тюрьме кончил!
Чтоб ты заживо в больнице сгнил!
Чтоб у тебя отсохли: печень, почки, мозг, сердце!
Чтоб тебя сожрал стафилококк золотистый!
Я снова напомнила себе, что любовь к Дмитрию не может сразу исчезнуть. Она будет таять постепенно. Она должна растаять — как и его чувства ко мне. Он — моё прошлое. Адриан — моё будущее.
Когда выступаешь в битву с кем-нибудь, помни, что к врагам приходят не с открытом сердцем, а с орудиями.
Во время войны с Филиппом некоторые считали более выгодным завязать битву подальше от дома. «Не об этом следует думать, — сказал Архидам, — а о том, чтобы там, где придется сражаться, быть сильнее противника».
Тебя используют, Гэбриэл, как и меня, но я сбежал! Дело за тобой. А я тебе говорил, что это ты убил меня? Наверное, это такая обуза, проклятие — быть левой рукой Господа!
Его тепло и любовь обволакивали меня; снова возникло ощущение цельности. Я вернула себе эту часть мира, по которой так скучала. Душу, ставшую дополнением моей. Свою половину. Больше того — я вернула себе жизнь, свою собственную жизнь.