Наверно, есть в нём какая-то злая сила, иначе откуда у него эта власть над ней.
Сны его по смелости и необычайности могли сравниться с грёзами курильщика опиума.
Наверно, есть в нём какая-то злая сила, иначе откуда у него эта власть над ней.
Почему мной и живущей во мне красотой должны заправлять мертвецы? Красота жива и непреходяща. Языки возникают и отмирают. Они прах мертвых.
Такая великолепная беспечность, когда речь идет о здоровье, – едва ли не преступление.
Рассудок не имеет ничего общего с любовью. Совершенно неважно, правильно рассуждает та, кого любишь, или неправильно. Любовь выше рассудка.
Часы, которые он проводил подле Руфи, будили то надежду, то сомнения и одинаково сводили с ума.
Вот лишнее доказательство устойчивости общепринятых мнений, — запальчиво возразил Мартин, раздраженный упоминанием о своих врагах — редакторах. — То, что существует, считается не только правильным, но и лучшим. Самый факт существования чего-нибудь рассматривается как его оправдание, — и, заметьте, не только при данных условиях, а на веки вечные. Конечно, люди верят в эту чепуху только благодаря своему закоснелому невежеству, благодаря самообману, который так превосходно описал Вейнингер. Невежественные люди воображают, что они мыслят, распоряжаются судьбами тех, которые мыслят на самом деле.