Пользоваться чужими остротами так же бестактно, как брать взаймы бритву.
Унтер-офицерша налгала вам, будто бы я её высек; она врёт, ей-богу, врёт. Она сама себя высекла.
Пользоваться чужими остротами так же бестактно, как брать взаймы бритву.
Унтер-офицерша налгала вам, будто бы я её высек; она врёт, ей-богу, врёт. Она сама себя высекла.
— Я хочу искупаться. Можно?
— Давай.
— Отвернитесь, пожалуйста!
— Ну ладно, я не брезгливый.
— Вас на эротику потянуло?
— Да видел я тебя — нет там никакой эротики... Давай ныряй, скромница.
— Мда, погано здесь, даже без Аль-Башира.
— В 2003 во время землетрясения в Тегеране погибло 40000 человек.
— Гляньте, какой умный! Откуда тебе-то знать?
— Если бы вы, тупицы, читали книжки, вместо того, чтобы играть в «Call of Duty», вы бы тоже это знали.
[расказчик, описывая будущее] Самое популярное кино в стране называлось «Жопа». И это было единственное, что показывалось все 90 минут. Оно выиграло 8 «Оскаров», в том числе за лучший сценарий.
Палач не знает роздыха!..
Но всё же, чёрт возьми,
Работа-то на воздухе,
Работа-то с людьми.
Мы раскроем это дело благодаря слаженной, продуктивной работе. Без всяких там докторских психологических портретов. Ну, знаете «На основании характера ранений можно сказать, что он был зол». Нихера себе! Неужели?!
— Только не говори, что похоже на курицу.⠀⠀
— Нет, Сэм, это ящерица и на вкус как ящерица.
... совесть — не большая помеха, чем солома, которою играет ветер. Такой же пустяк. Впрочем, пожелай я углубиться в тонкости сей поэтической дискуссии, я бы сказал, что солома представляется мне предметом более значительным, чем совесть — она годится хоть скоту на жвачку, от совести же проку никакого: только и умеет, что выпускать стальные когти.