Моя дочка, Эвер, пишет такие сказки... Что описиться можно.
Только теперь я понимаю, что на самом деле важно. С рождением дочки я обрела уверенность в себе, о которой раньше и не подозревала. Теперь, стоя на сцене или в кадре, я вообще не нервничаю. Ведь если с моей дочкой все хорошо, то остальное неважно.
Фото нас с тобой после рождения Фэллон. Взгляни на Фэллон. Такая милая была, пока не начала говорить.
Смотреть, как твоя дочь собирается на свидание, все равно что вручать «Страдивари» стоимостью миллион долларов горилле.
— Вот что я сделаю: я напишу мистеру Бингли и сообщу, что у меня пять дочек. И что я отдам ему любую, какую он захочет. Они глуповаты и необразованны – как и все леди. Правда, у Лиззи немного больше ума, чем у остальных. Впрочем, может, он желает иметь глупую жену, как и другие мужчины. Этого достаточно?
— Нет, умоляю вас не писать. Вам нравится меня злить. Вы не уважаете мои несчастные нервы.
— Вы ошибаетесь, дорогая. Я уважаю ваши нервы. Это мои давние друзья уже двадцать лет.
Ты справа, на случай, если ты запуталась. И если ты думаешь, что пары солнцезащитных очков и темной помады будет достаточно, чтобы я смирилась, то проблемы у тебя не с лицом, мама, а с мозгами.
— Я не хотел этого делать, но я возвращаю Вам Ваш карандашик. Карандашик, который Вы дали мне на мой третий день работы. Вы вручили мне его как маленький желтый жезл, как будто говоря: «Джей Ди, ты — молодой я. Ты, Джей Ди, мой ученик. Ты мне как сын, Джей Ди».
— Какой карандашик?
— Я не знаю, где там могла прятаться Клочкова — мы же разговаривали в туалете! Это, конечно, просто ужас!
— Ну, не будем раскрывать ее профессиональную тайну.
— Крысы гаражные не хотят со мной играть!
— С ними не играть, их травить надо, пап!
— Я мужиков имею в виду. Они там в «дурака» рубятся, а у меня пары нет.
— Как у Кости на выпускном...
Cлайд с цитатой