Круто я выступил, да? Поцеловаться не хочешь?
Первый настоящий поцелуй — восемь по шкале счастья. Твой ребенок вырван из когтей смерти — это десять.
Круто я выступил, да? Поцеловаться не хочешь?
Первый настоящий поцелуй — восемь по шкале счастья. Твой ребенок вырван из когтей смерти — это десять.
— Неужели ты думаешь, что она тебя бросит из-за того что ты не занимаешься йогой и не слушаешь Bififtitu!??
— Не сразу. Будут ссоры — примирительный секс. Ссоры — редкий секс. А потом она меня бросит. Ну и возможно будет секс на прощанье.
— Зачем пришел?
— Оба мои кабинета заняты командами.
— Командами?
— Так что орать на меня можешь только здесь.
— У тебя команды?
— Целых две. Решил потерпеть сегодня твои крики, потому что заметил твою блузку, а значит, пока кричишь — будет на что отвлечься.
— Это что, Викодин?
— Мятный леденец. А то полезешь целоваться…
— А как же лечение?
— Сбежал.
— Это была афера?
— Хорош заигрывать. Целуемся или нет?
— Хватит исподтишка пялиться на мою задницу, хватит ловить меня на свиданиях в ресторанах и хватит мечтать обо мне в душе. Поезд ушёл, Хаус. Уймись.
— Если ты так образно о своей заднице, лучше сказать «бронепоезд ушёл», будет точнее.
Если хочешь себя убить, зачем электричеством? Можно застрелиться или спрыгнуть с крыши... или удушиться у Кадди между грудей.
— Если она никогда не целовалась с мальчиками, то скорее всего она никогда не занималась сексом.
— Скажи это всем шлюхам, которые не хотят целовать меня в губы.
— Вы же неровно дышите к своей начальнице.
— Нет. Я неровно дышу к ее неровностям, но это ровно ничего по сути. Люблю метафоры.
— Какая высокая цель: вдуть девушке, с которой я хотел встречаться!
— Я тоже хотел с ней встречаться. В смысле: неоднократно ей вдувать.
Беда в том, что если я тебе не верю, то я не могу верить твоим словам о том, что тебе можно верить.