Георгий Зотов. Айфонгелие

Заметь, чудо ошеломляет только в первый раз. На второй окружающие превращаются в утончённых сомелье, они хотят не просто вино, а обязательно из высокогорных регионов Италии, урожая строго определённых лет, напитавшегося солнцем.

0.00

Другие цитаты по теме

— Если ты бог, расскажи обо мне.

— Тебе тридцать лет, тебя зовут Маша, и ты нажралась до поросячьего визга.

— ***нчик просто. Да-а-а, ну теперь я тебе точняк поверю. Ты меня убедил.

— (Не обращая внимания, без запинки.) Ты лишилась девственности в восемнадцать лет, у тебя было десять мужиков, и только с двумя ты кончила. Один из них — с твоей работы, причём всё случилось по пьяни во время корпоратива, на офисном столе. Когда ты моешься в душе, поёшь песню «Скорпов» Still loving you, ужасно фальшивишь. В детстве ты хотела стать врачом. Твоё любимое животное — слон. Иногда ты фотографируешь свои сиськи, анонимно выкладываешь в Инет и смотришь на реакцию. (Жуткий кашель... Мужчина стучит собеседницу по спине, бармен оглядывается.)

— Мда... вот почему я не люблю подобные вещи... давятся ВСЕ.

— (Продолжая кашлять.) Ты... ты взломал мой аккаунт на «Одноклассниках»?

—  Для меня это не составит труда, но... нет. Вот заново повторюсь: в вашем веке неинтересно демонстрировать чудо. Вспоминаю Иудею — покажу нечто, и вся толпа — вау-у-у, хором в экстазе. Дай прикоснуться, разреши поцеловать полу хитона, благослови ребёнка. А здесь? Взломал аккаунт, загипнотизировал, подсыпал что-то в напиток. Вам не скучно от собственной серьёзности? Ведь так здорово верить в чудеса.

— (Щёлкая пальцами, показывая бармену на бутылку «Боржоми».) Пожалуйста, помогите.

— (Участливо.) Сушняк? Налейте даме за мой счёт вон ту минералку. Спасибо. Хлебни. (Звук глотка, прерывистое дыхание.) Вода?

— (С опаской.) Само собой.

— Отлично. Теперь отведай снова.

— (Опять кашель.) Это... это... ЭТО ЖЕ ВИНО! Ты превратил воду в вино?! Боже мой!

— (Несколько усталым, снисходительным тоном.) Ну наконец-то. Попросишь автограф?

— Если ты бог, расскажи обо мне.

— Тебе тридцать лет, тебя зовут Маша, и ты нажралась до поросячьего визга.

— ***нчик просто. Да-а-а, ну теперь я тебе точняк поверю. Ты меня убедил.

— (Не обращая внимания, без запинки.) Ты лишилась девственности в восемнадцать лет, у тебя было десять мужиков, и только с двумя ты кончила. Один из них — с твоей работы, причём всё случилось по пьяни во время корпоратива, на офисном столе. Когда ты моешься в душе, поёшь песню «Скорпов» Still loving you, ужасно фальшивишь. В детстве ты хотела стать врачом. Твоё любимое животное — слон. Иногда ты фотографируешь свои сиськи, анонимно выкладываешь в Инет и смотришь на реакцию. (Жуткий кашель... Мужчина стучит собеседницу по спине, бармен оглядывается.)

— Мда... вот почему я не люблю подобные вещи... давятся ВСЕ.

— (Продолжая кашлять.) Ты... ты взломал мой аккаунт на «Одноклассниках»?

—  Для меня это не составит труда, но... нет. Вот заново повторюсь: в вашем веке неинтересно демонстрировать чудо. Вспоминаю Иудею — покажу нечто, и вся толпа — вау-у-у, хором в экстазе. Дай прикоснуться, разреши поцеловать полу хитона, благослови ребёнка. А здесь? Взломал аккаунт, загипнотизировал, подсыпал что-то в напиток. Вам не скучно от собственной серьёзности? Ведь так здорово верить в чудеса.

— (Щёлкая пальцами, показывая бармену на бутылку «Боржоми».) Пожалуйста, помогите.

— (Участливо.) Сушняк? Налейте даме за мой счёт вон ту минералку. Спасибо. Хлебни. (Звук глотка, прерывистое дыхание.) Вода?

— (С опаской.) Само собой.

— Отлично. Теперь отведай снова.

— (Опять кашель.) Это... это... ЭТО ЖЕ ВИНО! Ты превратил воду в вино?! Боже мой!

— (Несколько усталым, снисходительным тоном.) Ну наконец-то. Попросишь автограф?

Сотни миллионов людей ни разу не открывали Библию, зато на сто сорок шесть процентов уверены, что я запретил алкоголь, резвиться в кровати и слушать хэви-метал. Я тебе зуб даю в залог, в Писании ни единого слова про хэви-метал. Читать надо внимательно, но конечно...  — (С явной иронией.)  — священные книги такие тягомотные... Вот кабы они в пару эсэмэсок укладывались.

Чудеса, это не по моей части, но мы договоримся.

Люди беспардонны, правит бал мода вторжения в чужую жизнь. Тебе не скрыться. Сперва обвешали камерами улицы, а теперь у каждого — мобильный телефон с видеосъёмкой. Караул. Ткнулся случайно на улице носом в мороженое, поскользнулся и хлопнулся в лужу? Лучше сразу застрелись – выложат на всеобщее обозрение, обсудят, засмеют.

У «Металлики» есть песня — Sad but true. То есть печалька — но правда.

— Сударыня, кабак — сущность души русского человека. Наше государство. Наша идеология. Любовь, если хотите. Всё сливается в едином угаре, звоне стекла и упоительном запахе солёных огурцов из деревянной кадушки, щекочущим тебе ноздри.

—  (Серьёзно кивнув.) Да вы поэт.

—  Ах, барышня. Как начертано на стене одной из общественных уборных близ селения Митино, «познать любовь и страсть поклонниц нам здесь, увы, не суждено... Среди говна мы все поэты, среди поэтов мы говно».

Все невесты хорошенькие. В той или иной степени. Чудеса нынешних технологий. Автозагар, прическа, макияж. Наращенные ресницы и ногти.