Я оторвала себя от безопасного уюта надежной и определенной жизни ради моей любви к истине — и истина вознаградила меня.
Вероятно, люди должны какое-то время посмотреть на ошибку, повертеть её в руках — прежде чем научатся отличать её от истины. Главное, чтобы они не набрасывались на неё, словно голодные, только потому, что у ошибки более приятный вкус.
Я всегда боготворил тишину и спокойствие, словно никогда не мог в полной мере насытиться ими, словно меня никогда надолго не оставляли в покое.
Истина доступна одинокому человеку. В этом смысле истина есть тайна. Тайна, которую нужно раскрыть обществу и признать, чтобы сделать ее действительностью.
Истина познается в свободе и через свободу. Навязанная мне истина, во имя которой требуют от меня отречения от свободы, совсем не есть истина, а есть чертов соблазн. Познание истины меня освободит. Но тут одна свобода в конце, другая свобода в начале. Я свободно познаю, ту истину, которая меня освобождает. Никакой авторитет в мире не может мне навязать эту истину.
Все собравшиеся здесь были покойны, благодушны и мирно дышали; это были трезвые, холодные, здоровые люди, а я среди них — единственный больной, которого лихорадило вместе с природой.
Запомните, мессир епископ, пропаганда требует упрощений. Важно сказать нечто очень грубое и многократно повторять сказанное — так создается истина.
Cлайд с цитатой