Главное не то, что «они» говорят о вас, главное то, что «они» говорят шепотом.
Нам, русским, не надобен хлеб: мы друг друга едим, и от этого сыты бываем.
Главное не то, что «они» говорят о вас, главное то, что «они» говорят шепотом.
Королевский меч рубит, костры, зажжённые попами, сжигают, но уличные песенки убивают быстрее.
О! если б кто в людей проник:
Что хуже в них? Душа или язык?
Чьё это сочиненье!
Поверили глупцы, другим передают,
Старухи вмиг тревогу бьют —
И вот общественное мненье!
Напраслина страшнее обличенья.
И гибнет радость, коль её судить
Должно не наше, а чужое мненье.
О! если б кто в людей проник:
Что хуже в них? Душа или язык?
Чьё это сочиненье!
Поверили глупцы, другим передают,
Старухи вмиг тревогу бьют —
И вот общественное мненье!
У нас любят дело или ненавидят, смотря не по делу, а по человеку, который его делает.
Люди не издеваются, но они и не помогают. Это так просто пройти мимо, это ведь так просто. «Это не моё дело». Постепенно я становлюсь таким же. Такая у меня так называемая обычная нормальная жизнь, без всяких проблем. Но, этого ли я хотел... Недаром все бегут от неё в книги, игры, клубы — где они могут стать героями и пойти против мнения окружающих и помочь «ведьме», подружиться с «девкой» и болтать с «бандитом» и «вором».
— Послушайте только, как веселятся мужчины!
— Они смеются, вероятно над какой-нибудь непристойностью.
— Да нет, просто сплетничают. Мужчины любят сплетничать.
— Ещё бы, конечно!
— В этом нет ничего плохого. Люди, которые не любят сплетен, не интересуются своими ближними. Я просто настаиваю, чтобы мои издатели любили сплетничать.
— Да, но мужчины сплетни называют делом.