Владимир Эдуардович Казарян

Зря силишься, поэт, достичь высот вселенских,

Ведь ты, увы, не Бог, пусть даже Вознесенский,

Пусть даже Пушкин ты — священной высоты —

Не покорить тебе, ведь с бесовской руки

В житейской суете лакал ты адской тьмы…

Таков подлунный мир, что все мы здесь грешны —

Незрячи как кроты, бездумны и пусты,

Вместо того, чтоб стать — венцами красоты!

0.00

Другие цитаты по теме

Поэт – это садовник, превращающий дикие жизненные джунгли в прекрасный благоухающий сад.

Твори пиит!

Над нами вечность, а под нами ад,

Таранит души прегрешений град...

И только непорочный свет звезды

Не устрашится сумрака грозы.

О, неслучайно дарит свет звезда,

Ее душа – кристальна и чиста...

Так созидай же доблестный пиит –

Пока с тобою вечность говорит!

Глуп не только тот, кто пишет глупости, но и тот, кто их читает.

Обольстительная сеть,

золотая ненасыть.

Было нечего надеть.

стало — некуда носить.

Так поэт, затосковав,

Ходит праздно на проспект.

Было слов не отыскать,

стало не для кого спеть.

Когда подмигивал чертяка,

«Ты — мой» — шепнув из-за угла,

С ним спорил ангел: «Есть, однако,

На свете добрые дела».

И так всегда: меж тьмой и светом

Я самого себя искал,

Наверное и стал поэтом.

Чтоб скрыть от общества оскал

Своих бесчисленных исканий,

Согнув хребтину над столом,

Ну, кто в поэта кинет камень:

Ему и так не повезло.

Знаешь, у тех, кто пишет, или в страстях томится,

Температура выше средней по всей больнице.

Крайне легко, наполняясь сладостью модуляций,

приобрести способность самовоспламеняться.

Я воду пил, как жизнь, лет до шести

И жил судьбой крестьянского ребенка.

Отсюда мне и видится простор

Особой поэтичности, что ныне

Сумел воспеть с тех незабвенных пор,

Как самые заветные святыни.

Поэту не пристало говорить о красоте своей,

— Его удел красе чужой слагать апофеозы.

Не может петь павлин, как серый соловей,

О чистоте благоуханья белой розы.

На слово длинношеее в конце пришлось три «е», -

Укоротить поэта! — вывод ясен, -

И нож в него! — но счастлив он висеть на острие,

Зарезанный за то, что был опасен!

Две школы — женская, мужская.

Две школы — проза и стихи.

Зачем их разлучать? Не знаю.

Я пел хоралы и хиты.

Классификатор скрупулезный,

поди попробуй разними -

стихами были или прозой

поэтом прожитые дни.